Проклятие Эвлона. Эвлон-I

Заинтересовавшись настолько, чтобы выбраться из-под одеяла, Сергей выглянул из-за ширмы. Напротив Канеи стояла хорния, с виду такая же, как остальные. Ее ремни и сумки выглядели также небогато, как у торговки, но сбоку на отдельном ремешке висела блестящая серебристая бляха, больше похожая на официальный знак, чем на украшение. Выбитый на ней широкобедренный треугольник схематично изображал рог хорниев и символизировал, как Серый уже успел выяснить, магию.

– Ах, но кто же мог представить, что у меня талант прорежется, – вздохнула она.

– Я знаю, что сейчас любая луни сочла бы за честь стать твоей вектигой, но у меня правда нет лишних денег, – сказала Канея примирительным тоном.

– Конечно, все на прически себе потратила, – съязвила хорния.

– Нет, Луденса, это кари… – торговка осеклась, не договорив, но элока поняла ее с полуслова.

– Ты! Ты купила кари?! – завопила она на весь дом. – Кари, умеющего плести гривы?! Откуда у тебя столько денег?!

– Мне просто повезло. Он очень необычно выглядит, поэтому остальные его покупать не хотели.

– Почем?

– За прайд монет.

– За прайд монет?! Кари, умеющего плести гривы?! – опять громогласно удивилась Луденса. – Да ты просто невероятно везучая!

– Да уж, кому сказать, что простая торговка имеет элоку из королевского табуна и собственного кари – все же посмеются как над шуткой, – согласилась Канея.

– Неужели продавцы ничего не сказали про его умения?

– Ну, расхваливать-то они его расхваливали, но кто же их слушает? – хмыкнула Канея.

– Он – что сделал? – недоуменно переспросила хорния.

– Ох, давай я лучше вас познакомлю, – смутилась довния.

Повернувшись к ширме, она заметила голову Серого и радостно фыркнула:

– Ты проснулся? Знакомься, это моя элока Луденса.

– Эквитаки, Луденса, – поприветствовал он хорнию. – Меня зовут Сегри.

– Ты говорящий?! – удивленно задала она традиционный вопрос.

Сергей не выдержал и раздраженно воскликнул:

– Ну почему каждая эква, услышав, что я говорю, спрашивает: «Ах, а ты говорящий?» Нет, знаешь ли, не говорящий…

Ни капли не обидевшись, Луденса рассмеялась.

– Точно, ты не говорящий, ты – болтливый кари! – заключила она. – И действительно очень странный.

Заметив, как Канея непроизвольно тянет шею и морщится, он подошел к ней и осмотрел гриву. Из плетеного колоска за ночь выбились прядки, а часть волос натянулась, раздражая кожу.