Мошки в янтаре. У каждого своя правда. Уросс. Порванное ожерелье

– Твоими бы устами, – Ори с признательностью за поддержку взглянул на Веру. – Хотя насчет внуков ты, мне кажется, поторопилась.

– Это почему же? А может быть, Ирве уже женился, а, Ори? – лукаво взглянула Вера на него.

– Нет.

– Почему ты так считаешь?

– Он не может жениться без благословения обоих родителей. Я знаю, что Айна одобрит любой его выбор, но все равно, следуя обычаям нашего народа, он будет ждать моего возвращения.

Довгар нахмурился, и несколько минут угрюмо молчал. А потом, запинаясь, произнес:

– Могу я попросить тебя?

– О чем?

– Возможно, что мне не суждено будет вернуться.

– Перестань, Ори, – поморщилась Вера. – Все сложиться хорошо. Пролетит-перемелется. Ты сделаешь это сам.

– Да, я знаю. Но, все же, если что-то… Ты передашь?

– Не сомневайся, Ори. Я сделаю так, как ты просишь.

– Спасибо.

Они замолчали, думая каждый о своем и глядя на бесконечный морской простор.

Эркель наконец отважился открыть глаза и прямо взглянуть на стоящих перед ним эльфов. Анарниэлль была так же прекрасна, как и тогда, но в черных глазах не было той былой легкости, беззаботности. Теперь их выражение напоминало выражение его собственных глаз, разве что не было в них затаенной жестокости и мстительной мрачности. Иное дело Сарлис. Взгляд его огромных черных очей пылал неприкрытым отвращением и ненавистью. И Эркелю это было понятно. Он отвел глаза от несостоявшегося шурина, и устремил его на эльфийку.

– Значит, ты жива.

– Так ты считал, что я умерла?

– Я был абсолютно уверен в этом, ведь я сам видел твоё тело на Семи холмах. Все это время твоя смерть служила мне хоть слабым, но утешением. Что за сила подняла тебя из мира теней?

– Ты говоришь так, словно тебе больно видеть меня среди живых.

– Да, ты права. Мне больно сознавать, что убийцы моей сестры еще живы. Что здесь сейчас говоришь со мной ты, а не она.

Эркель повернул голову в сторону ниши, откуда на них с тихой улыбкой взирала нарисованная Эариндель.

– Эариндель. Как она прекрасна.

– Она была прекрасна, эльф. Была. И по чьей вине, ответь мне? Разве не по вашей? Ведь это произошло в вашем доме, так кто приказал сделать это? Ваш отец? Мать? Ты? Или она, твоя сестра?

– Опомнись, Эркель! – Анарниэлль с возмущением прервала мага.