Мошки в янтаре. У каждого своя правда. Уросс. Порванное ожерелье

– Если бы мы повременили еще, то, возможно, опоздали бы.

– Да уж. Не знаю, что он собирался делать, но, по-моему, ничего хорошего нам всем это не сулило. Как вам удалось разминуться с ним? – голос Вайры раздался над самым ухом мага.

– Не знаю. Честно говоря, мы и не предполагали, что можем с ним столкнуться, поскольку были уверены, что его нет в живых. Так что для нас это настоящий сюрприз, – мужчина говорил спокойно, но в голосе слышались нотки волнения.

– Для меня тоже, поверь. Знать бы еще, какой – приятный или нет.

– Вот только узнать нам ничего не удалось. Проводник привел нас туда, куда было нужно, двери были открыты и мы беспрепятственно проникли в его комнаты. Не перестаю удивляться, как мы могли быть так беспечны! Зажгли свечи, осмотрели первые две комнаты, и только в третьей поняли, что их только что оставили.

– Вот как? И как же вы догадались? – послышался смешок Вайры, и Эркеля перевернули на спину.

– Постель была смята, а на полу – мокрые следы от окна к двери.

– Не беда. Все, что нужно, я узнала. Даже больше, чем предполагала.

– Ты узнала, где камни?

– Ага. Помогите-ка мне, – голос Вайры напрягся, и Эркель почувствовал, как его переворачивают и перекатывают с бока на бок. – Перстень с руки сними.

– А это еще зачем?

– Что?

– Зачем связывать ему руки?

– Я бы для верности еще и рот ему завязала.

– Такие предосторожности. Нас здесь четверо, а он один. Неужели мы не справимся в случае необходимости?

– Боюсь, что нет. Дай мне кольцо.

– Вайра, послушай, это действительно так необходимо?

– Да, Анарниэлль, да! В противном случае через минуту после того, как он очнется, вы все окажетесь в таком же положении, как Ори. Кстати, как он?

– Я уже в порядке, Вайра, спасибо. Голова только болит.

– Хорошо.

Эркель, еще не вполне осознавая, что происходит, безропотно позволил усадить себя в кресло, в крайне неудобную позу – связанные за спиной руки уперлись в спину. Но, почувствовав, как кусок ткани плотным жгутом обернулся вокруг лица, закрывая рот, а узел больно потянул попавшие в него волосы, он протестующе замычал.

– Вайра, он приходит в себя! – произнес мужской, смутно знакомый голос.