Obscura reperta [Тёмные открытия]. Игра в роман. Часть 2. Чувство судьбы

– Говори!

– Ну, у меня сумки нет, а в кармане может разорваться… Я заберу, чего ты?

– Это что – кокаин?

– Мда, – сказал Доминик вздыхая, – такой большой вырос, а нихуя не знаешь! Это герыч, крошка!

– Ты наркоман, разве?

– Не-а, я только курю иногда. Могу раздеться – убедишься!

– Где взял?

– Достал по случаю.

– Украл?

– Нашел.

– Торгуешь?

– Тебе – подарю! Может иногда пригодиться! Твердая ж валюта!

– И что я с этим буду делать? – Артур помял пакетик в пальцах. – Дома держать? Или возить в машине? Или, может, взять на работу, собрать всех и сказать: «Друзья, в этом месяце я вам денег не дам, я вам дури отсыплю – твердая валюта!»

Мальчишка довольно хмыкнул.

– Что молчишь?

– Ну, не надо – давай обратно!

– Нет, найду применение, – Артур зашел в ванную, включил посильней воду и высыпал пакетик под струю.

– Ох..л?

– Ты.

Артур открыл перед ним дверь, ведущую в коридор, и вдруг неправдоподобный сквозняк смыл с кровати бумаги, которые Артур вытряхнул из портфеля, и вынес их из комнаты, они взметнулись и медленно упали вниз, в пустующую часть столовой, залетели за рояль, прошуршали по картинам.

___________

– К вопросу о более интересных темах… – Роланд расхаживал по столовой, наблюдая, как Артур собирает свои бумаги. – Несчастный брошенный ребенок, похоже, агент.

– Чей агент?

– У нас в доме фестиваль падающих предметов проходит, заметил?

– Да.

– Это характерно для полтергейста, как и странные звуки, которые мы слышали ночью.

– Думаешь, он в сговоре с барабашкой?

– Не в сговоре, бутуз, он и есть! Во многих случаях спонтанного психокинеза агентом является психически неуравновешенный подросток, ребенок или женщина, пережившие какую-нибудь психологическую травму. Происходит как бы выделение части личности агента в самостоятельное существо, весьма примитивное, выражающее всякими стуками, швыряниями предметов и тому подобным образом гнев или огорчение от невозможности справится с какой-либо ситуацией, например, конфликтами в семье.

– Все это, кроме звуков ночью, было, когда он сердился, – медленно проговорил Артур.

– Именно. Так это обычно и происходит. Когда полтергейст учиняет какую-нибудь проделку, она служит агенту своего рода психологической разрядкой, после этой вспышки активности он обычно чувствует удовлетворение, даже эйфорию, и на какое-то время успокаивается.