Ночь посреди мира

Тётка вступалась…

– Иди ко мне, – он протянул к ней руки, и она поддалась, как всегда поддавалась – и его рукам, и желанию забыть всё, что происходило на берегу под надзором высокого терема. И теперь вот он, шанс уйти, покончить со всем, но почему же она так мечется, почему так неспокойно?

Луна?

Аглая вдохнула, выдохнула. Как-никак она старше Романа, опытнее. Зубы заговаривает мастерски. Да и деваться некуда – никто больше на «проклятую» землю не полезет, а одна она не справится.

И всё же когда они поднялись на холм, она оглянулась на облитую лунным светом деревню, замершую, словно поджидающую чего-то – и дурное предчувствие нахлынуло с новой силой.

– Ну, что ты встала? – в голосе Романа и злость, и нетерпение. Сколько раз она слышала их в таком союзе! Но Роман, напомнила себе Аглая, Роман на её стороне. Он авантюрист, хулиган, лжец, и поэтому ввязался в эту затею и пойдет до конца – а кто другой? Нет, Роман далеко не худшее, и предчувствиям придется замолчать.

Она отвернулась.

Шли дальше молча, лишь снег хрустел под ногами. Дошли до кладбища и чёрных развалин напротив.

– Зайдём лучше сбоку, – распорядилась Аглая, и они прошли ещё немного вдоль дороги, прежде чем свернули, наконец, в сугробы. Медленно и очень долго пробираясь в снегу, они всё же добрались до первого здания. Роман поднялся внутрь и стал осматриваться.

– Здесь ничего нет, – выдохнула Аглая, прислонившись к уцелевшим стенам. Но Рома всё же обошёл кирпичные развалины, посветил фонарем.

– Пошли дальше, – и он пошел снова в снег. Порядком подуставшая Аглая поплелась следом.

Шаг, шаг, ещё. Чем ближе подбирались, тем сильнее отгоняла мысль – может, и нет уже ничего.

Не может быть. Есть.

А если может?

Если не одна она знала? Не одна не боится страшных проклятий?

Боги, боги, если вы есть, помогите. Аглая взглянула на луну, большую, яркую, беспощадную. Луна, не выдай. Дай сбежать. Уйти. Больше ничего не попрошу, клянусь.

Добрели к другим развалинам, прошли внутрь. Крыша не уцелела, зато частично выжили перекрытия и лестница на второй этаж.

Пространство, когда-то разделённое на комнаты, было куда больше церкви.

– Колонна! – удивился Роман. Аглая подтвердила:

– Здесь был зал… Главный вход – справа, а на втором этаже – комнаты.

– А неплохо он тут устроился, – Роман ещё раз огляделся. – Так что, подпол?

– Да, – сказала Аглая и почувствовала, что руки у неё дрожат.