Время вызова. Нужны князья, а не тати

Когда Андрей послушно подписался внизу каждого листа протокола, он поднял глаза на следователя и спросил:

– Слушай, а как ты думаешь, как скоро их найдут?

– Ну ты даешь, – усмехнулся парень. – Откуда ж я знаю?

– А чего тут знать? – удивился Андрей. – Ясно же, что это та фирма, что квартиры в доме скупала.

– Во-первых, совершенно не факт, – хмыкнул парень, – сегодня много всякой швали по помойкам крутится. А дед у тебя был настырный. Могло и случайно сложиться…

Андрей скрипнул зубами.

– Ну ты же сам в это не веришь!

– Ну, во что я верю, а во что нет – к делу не пришьешь.

– Почему? – вскинулся Андрей.

– Ну… – Следователь пожал плечами и, словно испугавшись того, что ляпнул, тут же перешел на безразличный тон: – Суду же нужны юридически выверенные доказательства. Так что… будем работать. – И, протянув руку, закруглил разговор: – Желаю удачи, Андрей Альбертович.

Вечером, когда Андрей сидел перед телевизором и тупо пялился на экран, с которого очередное лицо с горящими глазами вещало о свободе и демократии, к нему подсела мать.

– Андрюш, мне надо с тобой поговорить.

– Да, мам, – отозвался он.

– Я думаю, нам надо подумать о твоем будущем.

Андрею внезапно стало душно. Последний разговор дед начал именно такими словами. Но совершенно ясно, что смысл у разговора с матерью будет абсолютно другим.

– Я слушаю, мам.

– Того, что произошло, уже не изменишь. Ты сам знаешь, как все мы любили и уважали отца, – на этом слове голос матери слегка дрогнул (насколько Андрей помнил, мать так называла деда, только когда обращалась к отцу, причем в раздраженном настроении – «скажи своему отцу…», «перестань тыкать мне в глаза своим отцом…», «если бы твой отец был поумнее…»), – но теперь нам надо научиться жить без него.

– Да, мам, – тупо кивнул Андрей, не понимая, куда она клонит.

– Понимаешь, Петр Демьянович был во многом сам виноват, нечего было против силы переть. Время сейчас такое, что сила солому ломит. Все его заслуги и регалии денег не перевесят. Ему же хорошие деньги предлагали, надо было соглашаться, а не упираться как… кхм, то есть я хочу сказать, что мы не должны повторять его ошибку.

– Какие деньги, мама, какие деньги? – тоскливо произнес Андрей.