Вечный. Шпаги над звездами

– О Ева, да это же…

Гостья поджала губы:

– Побыстрее, я и так затратила на вашу груду обломков слишком много времени. – С этими словами она повернулась и двинулась вперед.

Когда огромные ворота медленно разошлись в стороны, адмирал шагнула вперед и остановилась. Окинув взглядом огромное пустое пространство, она повернулась к лейтенанту и негромко спросила:

– Он был здесь?

– Да.

– А почему вы сделали купол?

Лейтенант пожала плечами:

– Герцог боялась привлекать внимание к музею, поэтому пришлось пойти на это, чтобы вести восстановление, не останавливая поток туристов.

Адмирал кивнула:

– Как давно он ушел?

– Двадцать семь часов назад.

– А какова степень готовности?

Лейтенант сначала подумала увильнуть от ответа, но серые, водянистые глаза смотрели столь требовательно и безжалостно, что она поежилась и сказала правду:

– Точно не знаю, восстановлением занималась лично коммодор Даннер, на меня скинули всю текучку по музею. Но я слышала, что орудийные системы и защита восстановлены практически полностью, а вот главные двигатели могут выдать только сорокапроцентную мощность.

Адмирал еще раз окинула взглядом пустой док, не так давно служивший пристанищем центральному отсеку последнего линкора класса «Планетный разрушитель», и, кивнув каким-то своим мыслям, негромко пробормотала себе под нос:

– Догнать уже не успеем, но к крепости подойдем почти одновременно. – Она повернулась к лейтенанту: – Я оставлю здесь эсминец и роту космодесантников.

Через двое суток они вас покинут, а до тех пор будете под арестом.

Лейтенант вытянулась в струнку:

– Но Ва…

Гостья оборвала ее жестом:

– Адмирал.

– ???

– С того памятного дня, когда я покинула пределы королевства, все мои люди называют меня – адмирал, и никак иначе. Я готова поверить в ваше во-одушевление и глубокую преданность моей персоне, но… через двое суток. А сейчас позаботьтесь, чтобы в течение этого времени не было никаких эксцессов. – Она окинула лейтенанта суровым взглядом.

 – И запомните. Единственное, что может заставить меня в ближайшее время вернуться сюда, – это сильное желание наказать какого-нибудь офицера, вызвавшего мое неудовольствие. – Она усмехнулась. – А я, как правило, потакаю своим желаниям.

Герцог стояла в шлюзовой камере и, раздраженно постукивая сапогом боевого скафандра по ребристому полу, ждала, пока распахнутся ворота. Наконец исполинские створки дрогнули и поползли в стороны.