Вечный. Последний рейд

– Эй, госпожа пэр, а вам не кажется, что это хороший повод заткнуть кое-кому рот? Ты забыла? Сегодня среда, королевский конный пикник, самое большое сборище светских сплетников королевства, которое вот уже два месяца как проходит без королевы.

Сандра задумалась. В словах племянницы был свой резон. К тому же Тэра уж очень рвется оседлать свою любимую кобылицу, а ведь, несмотря на отчаянную смелость, про нее никак не скажешь, что она обделена умом. Значит, она чувствует в себе достаточно сил, чтобы управиться с лошадью и… не подвергать опасности еще не родившегося ребенка.

– Ну хорошо, девочка моя, будем считать, что ты знаешь, что делаешь. Я сейчас позову камердинера и передам Умарке, чтобы приказала седлать Лэрос.

С этими словами Сандра, потрепав племянницу по щеке, развернулась и пошла к двери, изо всех сил стараясь не выдать себя. Дело в том, что в голове у нее поселилась одна мыслишка, как раз и заставившая ее так легко согласиться на эту авантюру, мыслишка гнусная, подленькая, но… Как бы все упростилось, если бы Тэра не справилась со своей своенравной Лэрос и… короче, если бы все окончилось выкидышем… несмотря на все ее озарения.

2

– …Ну как ты не понимаешь, мама! Это же… нонсенс, дремучее средневековье какое-то! Даже вонючие мужики и те уже давно отказались от такого анахронизма, как монархия. Неужели мы настолько тупее их, что до сих пор не можем этого сделать?

Элирилл Антема, профессор военно-медицинской академии, личный врач королевы, внимательно посмотрела на разгоряченное личико своей старшей (и любимой) дочурки, затянутой в щеголь-ской парадный мундир гардемарина флота Ее Величества, и с сомнением покачала головой:

– Ну, ты не совсем права, насколько мне известно, в том мире осталось еще достаточно…

– Ай мама! – Юная Лоис Антема всплеснула руками.

Профессор наморщила лоб и задумчиво покачала головой:

– Милая, не надо так горячиться, это портит цвет лица…

– Ай мама, ну как ты можешь! Я говорю тебе про серьезные вещи, а ты… – От обиды на глаза гардемарина Антемы навернулись слезы, но она лишь судорожно сглотнула и взяла себя в руки.