Точка перехода

– А как туда попасть?

– Э-э-э, – цыган махнул рукой, – сам даже и не думай! Даже если дорогу знаешь и днем там бывал, когда такие люди собираются – сам не пройдешь. Они так защищаются, что на остров без приглашения попасть невозможно. А вот заплутать и в болоте сгинуть – очень запросто.

Черный задумался. Информация была похожа на правду. Очень вероятно, что там действительно собираются те, подходы к кому он так долго искал.

– А ты как обо всем этом узнал?

– Да вот узнал, – усмехнулся цыган, – но рассказывать тебе про то не буду.

Сам понимаешь…

Черный кивнул. Он понимал. И нежелание цыгана делиться информацией для человека, действительно разбирающегося в магии, скорее работало в пользу истинности его слов, чем против. Но на всякий случай, больше для проформы и чтобы самому не показаться лохом, Черный спросил:

– А не гонишь?

– Да ты чего? – оскорбился цыган. – Не веришь – не надо. Тебе нужно – не мне.

– Ну ладно, не обижайся, – примирительно сказал Черный. – А меня ты провести сможешь?

Цыган задумался.

– В принципе – да. Только это дело не простое. Надо сначала с людьми поговорить.

Из Белгорода Черный уехал, обменявшись с цыганом адресами и телефонами. Так что, когда спустя некоторое время тот появился на пороге его квартиры, он не особенно удивился. Хотя подумал, что можно было бы сначала и позвонить.

Цыган появился не пустым. И хотя насчет поездки Черного на Галыгинскую гать пока еще ничего не было ясно, в подтверждение серьезности своих намерений и отчасти возможностей он привез с собой тонкую тетрадку с неизвестными письменами, напоминающими руны.

Вернее, даже являющимися рунами, только заметно отличающимися от общеизвестных. Откуда были скопированы эти руны и что они точно означали, осталось неизвестно. Хотя перевод в тетрадке был. Правда, очень сумбурный и непонятный. Но когда Черный в первый раз прочитал и руны, и перевод, у него екнуло под ложечкой. Оно!

Цыган прожил у него довольно долго, но чем более настойчиво Черный расспрашивал про Галыгинскую гать и тетрадь, тем больше он крутил, либо отнекиваясь некими не зависящими от него обстоятельствами, либо просто юля и уходя от ответа.

Пока наконец просто не исчез. Оставив, впрочем, тетрадку. И с того момента Черный бился над текстом, пытаясь разобраться с переводом и придать ему больше информативности.

Через несколько дней Михаил снова подошел к нему. Это произошло уже после занятий, они вышли из института и двинулись в сторону Октябрьской площади.