Спасти Москву

 – И мастерская теперь его, и работают там вместо школьников гости из бывшего Союза! И управляющий барином ходит! Валенки нынче в моде! Особенно наши – девочки, вон, разукрасили, всякими блестинками пообклеили, так и покупателей сразу орава! – превозмогая боль, снова завелся он. – А как дело пошло, так и у предпринимателей ваших глаза загорелись! Теперь это авторские валенки по ценам по бешеным! Вон стоянка, что выставка; что ни машина – так джип, как рояль, блестящий!!! Кому мастерская мешала моя?! Почему задарма отдали?! – Все.

Дыхание сбилось, и перед глазами потемнело. Тело разом налилось свинцовой тяжестью, и пожилой человек без сил опустился на стул.

– Но вам же объявлена официальная благодарность от администрации, – беспомощно озираясь по сторонам, словно ища защиты у присутствующих, залопотал разбитый в пух и прах Билык. Впрочем, бесполезно. Бабушки, потупив взоры, разглядывали собственную обувку да спинки кресел впереди сидящих. – И ценный подарок, – уже совсем некстати брякнул он.

– Нужна мне ваша игрушка, – со злобой прошипел в ответ тот, откидываясь на спинку стула. – Сдался мне ваш айфон. Скажи спасибо, что прямо там об бошку не разбил этому, – тяжело дыша, прохрипел Булыцкий, – как его, эффективному бизнесмену, – снова зло посмотрел он на стул, где еще совсем недавно восседал тот самый борзый молодец, что собирался эффективно обменивать опыт на что-то там еще.

– Кто-нибудь, дайте валокордин! Откройте окна! – забил тревогу Бэкаэм, видя состояние Булыцкого.

 – Да не суетитесь вы! Разойдитесь! И не охайте! «Скорую» кто-нибудь вызовите! – при всех своих недостатках директор отличался поразительной способностью в критических ситуациях моментально мобилизовываться, беря управление в свои руки, и живо разруливать все на свете, попутно заминая неприятные разговоры.

– Да какая, к черту, «Скорая», – когда первый приступ прошел, отмахнулся от всех Николай Сергеевич. – Окно откройте. Да не фрамугу, говорю, окно! – Паника улеглась, и теперь все действовали четко по указаниям Николая Сергеевича.

 – У меня внизу сумка, там – таблетки. Черная тряпичная. Сюда ее. Вот ключи.

– Марья Сергеевна, накапайте корвалола! У кого валокордин? Живо, живо! Да откройте кто-нибудь это чертово окно! – тут же распоряжался БКМ. В последнее время у него, похоже, и без того земля под ногами горела, а тут еще и преподаватель, на нервной почве богу душу отдавший, ему ну совсем некстати был, оттого и суету навел такую.