Собор

Сергей Петрович хотел что-то спросить, но тут раздался мягкий голос гостя:

– Прошу вас, все вопросы после, у нас не так много времени, а я хочу описать события, с которых все и началось. – И, дождавшись, когда все внимание вновь было направлено на него, Волк начал: – Полтора года назад, девятнадцатого августа, около семнадцати часов, меня убили.

6

Он почувствовал, что у Сергея Евгеньевича происходит что-то неладное, уже выйдя из метро. Проводив взглядом хищный серый силуэт, скрывшийся в зарослях, тянущихся вдоль железнодорожного полотна, Волк направился в сторону заведения.

Время было обеденное, однако столовая была явно пуста, а у дверей топтался какой-то парень с бычьей шеей. Волк протянул руку к двери. Парень двинул плечом и раздраженно рявкнул:

– Не видишь, закрыто!

Волк медленно опустил руку и повернулся к парню, почувствовав, как зашумело в ушах, а в глазах полыхнуло красным. Парень вдруг отшатнулся и, отдернув руку, будто обжегшись, забормотал:

– А я че, да я ж ниче, ежли ж по делу, то че ж я-то… – и, окончательно запутавшись в частицах и междометиях, замолчал, боязливо отведя глаза.

Волк толкнул дверь и вошел внутрь.

В столовой царил полный разгром. Переломанная мебель была сдвинута к окнам, а в углу обеденного зала, за единственным целым столиком, сидел какой-то тип в кожаном пальто. Перед ним двое «качков», заломив руки, держали Сергея Евгеньевича на коленях, а третий лениво бил его по лицу.

Когда хлопнула дверь, все четверо оглянулись, а Сергей Евгеньевич повис на руках, опустив разбитое в кровь лицо.

Что хорошего он мог ждать от хлопнувшей двери? Волк почувствовал, что вот-вот потеряет над собой контроль, и усилием воли загнал зверя в себе поглубже. «Кожаное пальто» недоуменно хмыкнул. Избивавший Сергея Евгеньевича «качок», услышав этот звук, двинулся к Волку:

– Ты кто?

Волк выровнял дыхание и, как мог спокойно, ответил:

– Я – хозяин этого заведения. – И, выдержав паузу, спросил: – Что здесь происходит?

«Кожаный» резво развернулся к Сергею Евгеньевичу, который замер, услышав знакомый голос, медленно процедил:

– Ты, козел, что за понты?

Сергей Евгеньевич улыбнулся разбитыми губами и прохрипел:

– Иван… вернулся…

«Кожаный» удивленно покрутил головой.

– Так ты не труп? – Он широко ощерился и хлопнул ладонью по стулу: – Садись, есть базар. – Потом, проследив направление его взгляда, бросил «качкам»: – Отпустить.