Ронин

– Не обижайся на моего сына, на эту должность претендовал он. Кстати, что привело тебя за пределы Восходящей?

Ник опустил голову. Он так боялся этих расспросов и так надеялся их избежать. Не удалось. Он вкратце рассказал историю гибели сегуна, суровое решение Императора, объяснил свой выбор планеты. Все время, пока он говорил, Кобаяси отвернувшись разглядывал висящую на стене картину. Казалось, он совершенно не слушает печальную историю ронина. Но стоило только Нику закончить рассказ, как Кобаяси, потирая виски, задумчиво произнес:

– Значит… принимая тебя, я вольно или невольно нарушаю волю Императора…

Ник склонил голову еще ниже.

– Если вам будет угодно, я тотчас покину вашу школу.

Кобаяси откинулся назад и рассмеялся дребезжащим старческим смехом.

– Успокойся, я не подданный Империи. Больше того, мои предки когда-то попали в Федерацию похожим образом. Они имели неосторожность поддержать не того наследника престола. Дед нынешнего Императора так и не простил им этого.

Так что ты принят, если, конечно, мой главный инструктор не будет иметь ничего против. Пойдем в додзе.

Додзе размещалось на берегу маленького, явно искусственного озера, среди сосновой рощи. Воздух был пропитан ароматом свежей хвои и озерной прохлады. Близости крупного города здесь совершенно не ощущалось. Ник вошел следом за Кобаяси и, стоя немного позади него, поклонился находящимся в помещении. В зале занималось около тридцати человек.

Коренастый немолодой человек в потертом кимоно с черным поясом остановил тренировку и, повернувшись к сенсею, отвесил почтительный поклон.

– Доброе утро, господин Кобаяси.

– Здравствуйте, Андрей. Посмотрите, на что способен вот этот претендент.

Тот, кого господин Кобаяси назвал Андреем, вновь поклонился.

– Хорошо, господин Кобаяси. – Он повернулся к Нику. Несколько мгновений рассматривал его испытующим взглядом, а затем спросил: – Вы самурай? Школа есею-дзе, если не ошибаюсь?

– Да.

 – Ник с уважением склонил голову. Человек, способный с первого взгляда определить стиль работы незнакомца, был достоин восхищения.

Андрей оглядел его и кивнул.

– Пройдемте на татами.

Они встали друг против друга, поклонились, а затем Ник заскользил по татами, изучая его ступнями, пол под ним и приглядываясь к противнику. Он внимательно изучал замершего перед ним соперника.