Прекрасный новый мир

Стражник проводил мастре Эшлиронта почтительным взглядом, сохранявшим, впрочем, почтение лишь до тех пор, пока спина лекаря не заняла всю входную арку. Затем взгляд сделался откровенно насмешливым. Слава мастре как лекаря, к которому не стоит обращаться при любой мало-мальски серьезной травме, уже давно и прочно утвердилась в солдатских казармах. Поэтому взгляд стража, направленный в спину мастре, самому мастре сейчас бы точно не понравился.

Едва раскаты эха от шумного сопения лекаря, доносящиеся с лестницы, утихли, как из галереи послышался стук костыля.

– Солдат…

– Да, ваша милость? – Несмотря на учтивые слова, с каковыми и должен отзываться простой солдат на обращение пусть юного, но дворянина, тон, которым они были произнесены, отнюдь не был учтивым. Стражник отозвался небрежно, с этакой ленцой.

– У вас в казарме есть костоправ?

Стражник заинтересованно воззрился на пажа. Это что же, их милость решил отвергнуть уход дипломированного специалиста и обратиться к полуграмотному полковому костоправу? Чудны дела твои, Владетель.

– Есть… вроде как.

– Что значит вроде как?

– Ну… вправлять кости он вроде как умеет, но официально он простой стражник. Без дипломов и патентов.

– Мне такой и нужен, а то эти местные ученые… – неопределенно хмыкнув, пробурчал паж и, окинув взглядом стража, спросил: – Можешь привести его ко мне в комнату сегодня вечером?

– Э-э-э, ваша милость, – замотал головой страж, – это никак невозможно.

– Вот как… – Паж задумчиво прикусил губу. – А где этот ваш костоправ обычно принимает?

– Дык на конюшне, где ж еще? У старины Гыма никаких собственных апартаментов отродясь не бывало. А в казарме, окромя нар да пары лавок, никакой другой мебели и нет.

– Угу, – кивнул паж, размышляя о чем-то.

Страж заинтересованно пялился на молодого барыча. Неужто тот собирается позволить себе кости ломать? Оно так по уму-то и верно, но это ж какую боль пацану терпеть придется. Да и непонятно, будет ли с этого толк. Эвон как ногу-то перекрутило, да и ходит молодой дворянчик, ногу подволакивая. Совсем, видно, та не двигается.