Последняя битва

Войдя в покои, она не стала подниматься на небольшое возвышение, на котором был установлен легкий трон, сидя на котором базиллиса обычно принимала посетителей, а подошла к стоящему в углу комнаты изящному резному столику, на котором высились ваза с фруктами и высокий кувшин с охлажденным дожирским. Толла молча налила бокал, протянула гиганту и присела на стоящее рядом со столиком небольшое канапе.

– Итак, Слуй, какие у нас проблемы?

Тот с задумчивым видом осушил вместительный бокал и сморщил лоб.

– Толла, то, что я хочу… я должен тебе сказать, не должно дойти до ушей Грона.

Толла несколько мгновений непонимающими глазами смотрела на Слуя, потом с озадаченным видом откинулась на канапе:

– Слуй, поясни, пожалуйста, я не поняла: ты хочешь рассказать мне что-то, чего не должен знать Грон?

Слуй сумрачно насупился:

– Не хочу. Более того, рассказывая тебе все это, я впрямую нарушаю приказ Грона, но… я должен это сделать. И… все это Грон уже знает, просто он не придает этой информации должного значения.

Толла покачала головой:

– Значит, ты считаешь, что лучше Грона понимаешь что и как?

Слуй упрямо набычился:

– Не во всем и не всегда, но… я занимаюсь своим делом уже двадцать с лишним лет и за это время успел заразиться от Грона тем, что он называет «интуиция». А последние полгода мой нос чует запах жареного, да, Магровы яичники, меня уже воротит от этого запаха. – Он схватил кувшин с дожирским и отхлебнул из него, словно это была кружка. – Ты знаешь, за последние два года нам удалось перехватить несколько сотен… личностей, имевших намерение заработать некоторые деньги путем убийства Грона, тебя или ваших детей…

Толла кивнула, с трудом сдержав изумленный возглас.

Ей было известно о семи случаях, но брат как-то проговорился, что ей сообщали не обо всех, а только о наиболее опасных. Посему она думала, что покушений было два, а то и три десятка, но цифра, названная Слуем… Однако тот был, похоже, слишком увлечен своими мыслями и потому не заметил тени изумления, промелькнувшей на лице базиллисы. Тем более что она прошла слишком хорошую школу правительницы, чтобы позволить какому-либо чувству отразиться на лице так, чтобы кто-то успел это заметить.

– Конечно, большинство из них были просто тупыми идиотами, но их было слишком много. К тому же сейчас положение изменилось… – Слуй запнулся и досадливо поморщился, словно никак не мог найти подходящие слова. То ли от излишнего волнения, то ли от чего-то еще.