Крыло ангела

Ощущение длилось лишь пару мгновений, но оказалось столь реальным и осязаемым, что сон как рукой сняло. Алексей вскинул ладонь к глазам, но она была пуста. Переведя взгляд на дверь, Алексей увидел сгорбленного в почтительном поклоне старого жреца.

– Господин, прости за дерзость, – сказал старый жрец, страдая от необходимости тревожить сон господина. – Тебя желает видеть кое-кто.

– Кто? – спросил Алексей отупело, пытаясь вызвать чувство пульсирующей энергии, сосредоточившейся в ладони. Однако ощущение не возвращалось, и он поднял глаза на жреца.

– Мне не хотелось бы произносить вслух его имя, – замялся старик, склоняясь еще ниже, – но в прошлые визиты сюда ты высоко ценил общение с ним.

– Хорошо. Мы пойдем одни? – уточнил Алексей, поднимаясь и быстро облачаясь в свою изрядно потрепанную, хоть и вычищенную одежду.

– Твоя охрана не отстанет, – улыбнулся наконец жрец, немного выпрямляясь. – Да и чутье у него такое, что я даже тайным ходом незаметно тебя вывести не смогу.

Страшный он. Одно слово – нелюдь.

– Он ведь никого не обидел, – возразил Алексей, надевая сандалии. – Он не хуже многих людей.

– Он твой слуга, господин, – согласился жрец. – Значит, он лучше многих других, людей или нет, но лучше…

– Ладно, идем, – оборвал его Алексей, бросая взгляд на свое отражение в золотом зеркале.

Оттуда на него глянул небритый, хмурый мужик с короткой стрижкой, в основательно потрепанных брюках и рубахе и в сандалиях на босу ногу.

– Надо какую-нибудь одежду нормальную присмотреть, – буркнул он, заметив, как при этих словах жрец кивнул сидящей на ложе прислужнице.

Та немедленно вскочила, бросаясь исполнять пожелание господина. Оставив ее хлопотать по хозяйству, Алексей следом за старым жрецом вышел на улицу. Неподалеку от входа, как и предполагал жрец, маячил Зур, с видимым безразличием наблюдая за стараниями жука-скарабея. Алексей приветливо кивнул оборотню, не приглашая за собой, но и не пытаясь запретить.

Краем глаза он заметил, как могучий страж двинулся следом. Жрец сразу свернул на узкую, мощенную грубым камнем дорожку, совсем заросшую буйной зеленью. Местами им приходилось продираться сквозь живую преграду. Казалось, будто этой дорожкой уже очень давно никто не пользовался. Однако жрец шел так уверенно, словно много раз бывал тут. По предположению Алексея, сейчас они удалялись от обжитой части Абидоса, двигаясь сквозь заброшенный огромный сад.