Крыло ангела

У приземлившегося на вершину бархана зверя были четыре мощные лапы, вооруженные острыми саблями когтей, и огромные крылья на здоровенной холке. Еще, в полном соответствии с той старой картинкой, настоящий грифон щеголял массивным, тяжелым клювом. Но этим сходство и исчерпывалось. Живой грифон не обладал телом льва с крыльями и головой орла. Он выглядел совершенно цельным и органичным зверем. Золотисто-песочная шкура, лоснящаяся и сверкающая в лучах солнца, покрывала его с ног до головы. И никаких перьев. Даже крылья состояли из гибких перепончатых секторов, отдаленно напоминавших крылья гигантской летучей мыши, весьма отдаленно, впрочем… Длинная шея бугрилась мускулами, как и все тело летающего монстра.

Тяжелый хвост, более всего похожий на крысиный, имел толщину в руку взрослого мужчины. Сейчас он извивался из стороны в сторону подобно хвосту нервничающего кота. Но Алексей с интересом рассматривал туловище зверя только до тех пор, пока не увидел глаза. Большие, наполненные разумом, они смотрели на путников так пронзительно, словно могли разглядеть каждый потаенный уголок их рассудка.

– Почему он так смотрит? – заволновался гном, боясь отвести взгляд от глаз огромного зверя. – Что ему от нас надо?

Оборотень стоял неподвижно и безмолвно, лишь пригнувшись и набычившись, будто в ожидании нападения. Колдунья смотрела на грифона с легкой, похожей на дуновение ветерка улыбкой, как на старого знакомого, который исполняет необходимый ритуал. Впрочем, для нее это именно так, скорее всего, и было.

– Не трясись, Оторок, он не причинит тебе никакого вреда, если только ты сам не несешь опасности, – ответила колдунья, даже не взглянув на гнома.

– А откуда он узнает, что я не несу опасности? – не унимался гном.

– Он узнает, – заверила Эльви. – Он видит сейчас много больше, чем можем увидеть мы сами.

Грифон остановил взгляд на Алексее. Тому показалось, будто что-то зашевелилось в голове. Перед мысленным взором поплыли неясные образы. В ушах зазвучали звуки. Мерцание огней, дворцы и земли, звон оружия и крики людей, хор, более всего похожий на церковное песнопение.

Образы неясные, словно скрытые полупрозрачной пеленой. Алексей даже закрыл глаза, пытаясь разглядеть, понять, запомнить… или вспомнить то, что видимо было грифону в его голове, но не видимо ему самому.

Неожиданно калейдоскоп видений прервался, песок заклубился вокруг путников, и, открыв глаза, Алексей успел заметить лишь быструю тень, скрывшуюся в пронизанной солнцем выси.