Крыло ангела

– Викинги говорили: «Ярл всегда садится за первое весло», – посмеиваясь, как-то сказал он на одной из корпоративных посиделок, когда основная масса народу уже набралась и разбрелась по темным углам с весьма прозрачными целями, – вот и вы всегда стараетесь первым сунуть голову в петлю. А зря. Сейчас уже не светлое Средневековье и никакому князю не требуется перед лицом дружины подтверждать доблестью свое право крови. Будьте проще…

Алексей покосился на него.

Юрий Николаевич усмехнулся:

– Ну да, понимаю. Иначе не можете… А впрочем, может, на самом деле так и надо. Вон смотрите… – Он кивнул в сторону веселых коллег. – Я ведь к вам из «Розы ветров» пришел. Так там народ как наберется, лезет к начальству целоваться или, наоборот, жизни учить. А у вас вон никто особо не набрался, все прилично, а кто набрался – так тихонько в дальний угол отполз, дабы не мешаться. Чуют разницу.

– Какую? – не понял Алексей.

– В статусе, – пожал плечами Юрий Николаевич.

– В каком статусе? – развеселился Алексей. – Тоже мне князя нашли. Отец – офицер, мать…

– А не важно, – усмехнулся Юрий Николаевич, тоже переходя на полушутливый тон. – Первый Бернадот, например, тоже был сыном адвоката, а военную карьеру вообще начал рядовым. И ничего, стал королем Швеции. Династию основал, которая там и доныне правит. И неплохо, прямо скажем, правит.

Коммунисты вон на закате своей власти в Швеции истинный социализм отыскали…

Алексей тогда, помнится, плавно закруглил разговор, сочтя его пьяной болтовней выпившего интеллигента. Но потом задумался. И понял, что во многом Юрий Николаевич прав. Уж комплекс это или нет, но он действительно всегда первым, так сказать, лез в пекло. Может, потому и получилось у него выжить и выстоять в то буйное время…

Пытаясь рассмотреть что-то в танце света и тьмы, Алексей некоторое время неподвижно стоял перед прямоугольником.

Затем осторожно протянул руку и коснулся ряби пальцами. Ощущение было такое, словно пальцы в самом деле погрузились в холодную воду. Даже круги по поверхности прямоугольника побежали от того места, где спокойствие поверхности было нарушено.

– Вроде и не читал ничего такого… – проворчал Алексей, осматривая свои пальцы. – Точно перетрудился.