Ком

Как быстро это подействует?

– Максимум через лук. Вернее, первые признаки будут уже через орм, но полностью он усвоится организмом где-то через лук. Тогда и двинемся.

– Понятно, – кивнул Андрей, – но… тогда можно потом, когда раздам, задать еще несколько вопросов?

– Да, потом, как все выпьют.

Раздав землянам банки… ну, или капсулы с энергетиком, и объяснив что это, Андрей вернулся к Иллис, оставив Степу и Пашку разбираться с уже оклемавшейся и потому сразу же заскандалившей Танькой, заявившей, что «эту дрянь» она «в рот не возьмет».

Свою порцию он высосал сразу же, так что уже на обратном пути к Иллис почувствовал себя заметно бодрее.

– Скажи, а вы – коренные жители Кома?

– В Коме пока никто не встретил коренных разумных жителей. Вернее, не так. Большинство тварей Кома, встречающихся ниже четвертого горизонта, вполне себе разумны и очень коварны. Но весь их разум направлен только на одно – на уничтожение чужаков. То есть – нас. Люди же здесь жить не могут.

Такая концентрация хасса блокирует у нас репродуктивную функцию, так что мы не можем здесь размножаться. А без этого, сам понимаешь, существование устойчивой популяции невозможно.

– Понятно, – Андрей задумался, чего бы еще спросить. – Слушай, а кроме людей во вселенной… вернее, вообще в известных вам вселенных, существуют какие-нибудь разумные существа?

– Не люди?

– Да.

Бродница пожала плечами:

– Не знаю, может быть. Я как-то не особенно интересуюсь тем, что происходит за пределами Кома.

– А в Коме?

– В Коме кроме людей разумных извне нет.

– А… – Андрей запнулся, на ходу переформулируя вопрос, потому что испугался того, что, сказав все в первоначальном варианте, он может разозлить собеседницу, – …люди с разных… с разных мест, они сильно отличаются друг от друга?

– Смотря с чем сравнивать. Если брать в качестве выборки только людей – то да, сильно, а если всю имеющуюся в известных вселенных жизнь – то почти никак.

Люди на этом фоне кажутся почти одинаковыми. К тому же концентрация хасса здесь, в Коме, так же меняет нас. Когда я сюда прибыла, у меня были совершенно обычные глаза, ну как у тебя, а потом…

– Ага, – Андрей понимающе кивнул. Значит это не расовый признак, а индивидуальная мутация. Понятненько.

– …потом они изменились и стали как у кларианцев. Хотя никто даже с большого бодуна не примет меня за кларианку. Но в Коме такое не редкость.