Элита элит

И всё, с сотней пуль в жизненно важных органах никакой метаболизм не справится. Так что оторвались, и ладно…

Головатюка и Иванюшина я догнал метров через четыреста. Сержант довольно грамотно занял позицию на противоположной стороне небольшого овражка, а младший политрук со своим пулеметом залег шагах в десяти справа от него. Но крайне неудачно. Я поморщился: дал Бог бойца!.. Если судить по результатам только что состоявшегося боя, оружием он владеет крайне слабо, физически не подготовлен, тактически неграмотен, психологически неустойчив… и при этом командир! Интересно, какие функции возложены в этой армии на младших политруков?.

Я обошел овраг и приблизился к залегшему Иванюшину, безотрывно пялящемуся в том направлении, откуда мы пришли. Он не замечал меня до того момента, пока я не присел на корточки рядом с ним.

– Ой!.. Товарищ командир… – он оторопело покосился в прежнем направлении, – а как вы…

– Как ты меня назвал? – негромко прервал я его.

– Това… товарищ командир, – тихо повторил он, уже понимая, к чему я клоню.

– Тогда почему ты открыл огонь, не дожидаясь моей команды?

Младший политрук сглотнул.

– Я… это… товарищ Сталин… беспощадно уничтожать врага…

– Ну про это я уже читал. Как раз в том тираже дивизионной газеты, оставшемся там вместе с кучей крайне полезных вещей, которые пришлось бросить, – покачал я головой.

Иванюшин набычился. Да уж, с дисциплиной тут как-то не очень.

– Скажи мне, младший политрук, – вкрадчиво начал я, – а сколько врагов ты собирался уничтожить, прежде чем уничтожат тебя?

Он гордо вскинул голову:

– Столько, сколько удалось бы!

– Ну примерно?

Младший политрук снова дернул головой:

– Там их было достаточно.

Я вздохнул:

– Судя по результатам твоей первой очереди, выпущенной с тридцати метров по неподвижно стоящему противнику, тебе это не помогло бы.

Иванюшин погрустнел и насупился. Действительно, его первая очередь, выпущенная почти в упор по довольно тесной группе из трех человек, привела в лучшем случае к легкому ранению одного из них.

– Благодаря твоей недисциплинированности мы ввязались в бой, не изготовившись к нему, потому что и мое оружие, и оружие старшего сержанта Головатюка находилось в походном положении, на неподготовленной позиции, против превосходящих сил противника.