Арвендейл. Нечистая кровь. Книга 2. Корни Тьмы

Но Эгмонтера Брайс в свое время одолел. Справится и с лордом Глендори.

– Прошу заметить, – проговорил лорд Айвор, – что ваш с Катрионой сын – единственный наследник мужского пола, родившийся от женщин Глендори за последние сорок лет. До этого последним был мой младший брат Кевин, умерший во младенчестве. Нам обоим, и вам, как отцу, и мне, как деду, надлежит беречь вашего мальчика, словно зеницу ока. Кстати, могу я узнать, как вы нарекли моего внука?

– Узнаете. На церемонии освящения, как и все. И я не вполне понимаю, на что вы намекаете, мой лорд.

– Ну что-о вы, сын мой, – протянул лорд Глендори, обвивая набалдашник трости длинными и сухими, словно паучьи лапы, пальцами. На костяшках виднелся сухой белый пух, лишь усиливавший подобную ассоциацию. – Все мы знаем, что для нашего славного короля родная кровь – превыше всего. Именно родная, а не чистая…

– Только не начинайте сейчас, – предупредил Брайс.

– О, я смирился, – вздохнул лорд Айвор. – Что же еще остается. И в знак моего глубокого почтения прошу лишь о единственной милости. Испросите у короля позволение, чтобы ваш сын прошел обряд освящения в часовне Светлых богов, что находится в замке Корстли.

Брайс внимательно посмотрел на тестя.

– То есть в вашем родовом замке.

– Затем, что, как я уже сказал, это великий день не только для правящей династии, в которой родилось новое поколение – пусть и не по прямой линии, – но и для рода Глендори. Если Светлые боги подарят нашему королю и его юной супруге сыновей, то вашему сыну, конечно, никогда не сесть на трон Митрила…

– Разумеется, – очень холодно сказал Брайс. – Как и мне.

– Но ваш сын совершенно точно наследует титул герцога Глендори. Я уже слишком стар, чтобы обзаводиться новой женой, которая, возможно, смогла бы родить мне сыновей.

«Да, а еще ты смертельно боишься кровной мести нынешней леди Глендори, если она тихо умрет в своей постели», – подумал Брайс, но вслух решил этого не говорить. Грубая прямота тоже имеет свои пределы, за которыми превращается не просто в хамство, а в глупость. Брайс терпеть не мог своего тестя, но не хотел делать его своим открытым врагом. Это только повредило бы и ему, и Яннему.