Арвендейл. Нечистая кровь. Книга 1

А за это, я считаю, стоит выпить!

Его слова произвели эффект разорвавшегося фаербола. Все в таверне – а Брайс нарочно сказал так, чтобы его голос донесся в каждый угол, – замерли, ошеломленные услышанным. И верно: весть о том, что Совет признал Яннема монархом, еще не успела распространиться. Ее принес Брайс. Он лично сообщил всем о своем проигрыше и позоре.

«Ну же. Вперед, дайте мне повод!» – мысленно крикнул он, мечтая только о том, чтобы сорваться и дать выход скопившейся ярости.

Боги, Светлые или Темные, услышали его мольбу.

– Если так, то это к добру, – тяжело роняя слова, сказал дворянин. – Потому что уж лучше пусть нами правит король, неспособный к магии, чем эльфийский ублюдок-полукровка, который, глядишь, напустил бы в Митрил вот такой вот швали!

И он обвиняюще ткнул пальцем в притихших гномов.

Брайс улыбнулся. Те, кто видел эту улыбку, запомнили ее – и долго вспоминали потом, когда ком покатился. Но пока это был не ком, а лишь первый, мелкий камешек в нем.

Пылинка, рождающая бурю.

Брайс вскинул руки, сплел аркан и выстрелил в дворянина магией.

Рука, обвиняюще выпрямленная в сторону гномов, хрустнула и переломилась, как сухая ветка.

Дворянин пронзительно вскрикнул и отшатнулся. Он не ждал нападения, тем более магического: применение магии в пьяных драках запрещалось и каралось строже, чем драки с использованием оружия. Мастеровые тут же вскочили со скамей и хлынули в стороны, кто-то прижался к стенам, кто-то и вовсе выбежал на улицу, призывая стражу.

Дворянин со сломанной рукой выпрямился и посмотрел на Брайса. В его глазах боль и ненависть мешались с недоверием.

– Так ты этого хочешь? Этого? Ты, щенок… – прохрипел он и выбросил вперед здоровую руку, послав могучую ударную волну.

Все-таки он должен быть из придворных, странно, что Брайс его раньше не видел – эта мысль мелькнула в голове, пока он летел к стене, отброшенный ударом такой силы, что стены таверны содрогнулись и вниз посыпалась штукатурка.

Это было одной из причин, по которой магические поединки в городе находились под запретом: во время подобных драк часто ломались вещи и рушились здания. Особенно когда знатные господа выбирались из королевского замка побалагурить.

– Милорды, смилуйтесь! – заверещал трактирщик. – Пожалейте мое несчастное заведение! Стража! Стра…

Брайс не глядя метнул в него заклинание, залепляющее рот. Трактирщик подавился воплем на полуслове и обиженно выпучил глаза.