Следующий день

Рядом с клетками, в какой-то мутной жиже, плавали испражнения и остатки недоеденного корма. Рабы, те, что обслуживали зверинец, смотрелись ему под стать. Они выглядели оборванными, неряшливыми и обглоданными. Наверное, по-другому тут и не могло быть. Меж тем, Палла, Митрас и побелевший охранник, с видом здешних завсегдатаев, продефилировали мимо юноши направо. Луций, расстроенный увиденным, и даже на время забывший, зачем сюда явился, поплелся за ними. Однако, чем дальше они удалялись от входа, тем приличнее становилось вокруг.

Сначала изменились клетки. Металл, по мере удаления от входа, становился новее и качественнее, чистота зверей и условий содержания, росли вверх геометрической прогрессией от плохого к хорошему. Появились дорожки, исчезали мухи, откуда не возьмись, глазам открылись деревья и кустарники, постриженные на современный лад. Каким-то образом получался своеобразный переход из ада в рай. Спустя еще мгновенье, обзору открылись величественные, пятнистые гепарды, размещенные, казалось не в клетках, а в домах, отделенные от остальных тонкою решёткой. С противоположной стороны дороги, подобный дом был отведен и для тигров. Эти клетки совершенно другого уровня и качества. В них звери могли прятаться от солнца в полуденные часы, или резвиться на площадках с установленными там деревьями, когда жара спадала. Сделав еще несколько поворотов среди многочисленных, уже красивых клеток, они очутились пред огромным вольером, разделенным на части, так же как до этого тигрино-гепардовые владения. Первая часть, так сказать лицевая, примыкающая к решетке, находилась под открытым небом, вторая скрывалась за деревянной стеной. Если внимательно присмотреться, то становилось заметным, что перегородка, разделяющая вольер на половины, ближе к низу, была исцарапана и разодрана здешними обитателями. Фасадная, видимая часть, пестрела редкими, но высокими деревьями, в тени которых, распластавшись будто бы на пляже, отдыхали несколько гиен. На поверхности земли, словно на мировой карте океана, рваными островками торчали пучки зелено-желтой травы, смотревшиеся настолько гармонично и красиво, будто бы их нарочно туда, кто-то посадил. В деревянной стене, разделяющей клетку, в самом ее центре, находился невысокий квадратный лаз, откуда торчала зубастая морда еще одной гиены, внимательно наблюдающей за прибывшими гостями. Вдоль решетки, отделяющий вольер от остального мира, стояло огромное белое корыто с питьевой водой. Все выглядело буднично и спокойно.