Бастард четвёртого мира. Том 3. Затерянная межа

До соприкосновения с очертаниями символа оставалось совсем немного, как вдруг в центре пиктограммы вспыхнуло яркое белое пятно. Мир вокруг словно погас, оставляя видимым только каменный нарост с источающей сияние гравюрой. Окружающие звуки поглотил усиливающийся, давящий и словно гипнотизирующий гул. Сноп молочного света казался плотным, упругим. Теплый и ощутимо колючий, он будто проникал под кожу, обволакивал незнакомую плоть, пробовал на вкус. Но я не испытывал страха или тревоги. Напротив, ощущения откликались эдакой необъяснимой приязнью.

– Вот так да! Сверхтрясающе! Должно быть, это вход в какой-то древний храм!

Откуда-то издалека, словно из иного бытия, послышались ликующие возгласы задыхающегося от приступа восторженного любопытства Давинти, насильно выталкивая меня из тягучего наваждения.

– А эти стоячие покойники! – продолжал радостно тараторить эльф. – Там, в дебрях колючника. Вы видели? Невероятно воодушевляющее и, к слову, жутковатое представление. Не правда ли? У меня до сих пор мороз меж лопаток.

Тил нелепо хохотнул и, стараясь зацепиться жадным взглядом за каждую деталь волнующего воображение зрелища, вышел на середину площадки.

– Я всегда остро чувствовал, что способен очетлично разбираться в разумных. И в случае с вами, друзья мои, я также не допустил промаха. Не устаю поражаться значимости наших каждодневных открытий, – принялся выговаривать длинноухий. – Светел и прекрасен тот день, когда, претерпевая тяготы и незаслуженные невзгоды, ваш покорный слуга, – он опустился в манерном поклоне, – великодушно позволил спасти себя от вопиющей несправедливости и в истинно благородном снисхождении допустил возможность считаться равноправным участником маленького, но невероятно удачливого отряда искателей приключений.

– Ну-ну, – скептически хмыкнул Тамиор и с деланным сочувствием бросил взгляд на неугомонного поэта.

Видимо, я в какой-то момент потерял счет времени и не заметил, как долго пребывал в одиночестве, изучая письмена. Но рыцарь, шествующий позади всех остальных, был уже полностью облачен в сталь и выглядел куда более уверенно, чем прежде.