Иона

Я усмехнулся и у меня вырвалось:

– А кто же плохой?

– Банкир, – коротко ответил Кавалер, и дверь за ним захлопнулась.

– Помощник! – заорал я что было мочи.

Шаги на трапе стихли.

– Зови Банкира.

«Топ, топ, топ», – отозвался Помощник эхом стального трапа.

Банкир, пузатый, лысоватый господин, деловито опустился на диван и принял позу удивленного без меры и даже оскорбленного таким вызовом.

– Давайте не будем терять времени, – предложил я, понимая, что иных разговоров этот персонаж не приемлет.

– Ммм… – промычал подозреваемый. – Иона при встречах неоднократно упоминал о своем весьма значительном состоянии; знаете ли, недвижимость, ценные бумаги, драгметаллы, долги, – здесь у Банкира заговорщицки вздернулась бровь. – Я предлагал свои услуги в управлении активами, он отвергал. Полагаю, я дал излишнюю волю нервам и приревновал к успеху, позавидовал, что ли, но более ничего, даже в мыслях.

Именно в мыслях ты и нарушил последнюю заповедь, зафиксировал я в уме, вслух же сказал:

– Сможете доказать свою непричастность к исчезновению?

Банкир, нахмурившись, покачал головой:

– Свою – вряд ли, а вот вашего предыдущего посетителя – да.

– Как это? – удивился я.

– Юноша взял у меня деньги в долг, – Банкир криво усмехнулся. – Сумма немалая, хотя и проценты на нее тоже. Обещал вернуть по возвращении из путешествия. Я не любитель морских прогулок и согласился на «Сирену» только с одной целью – должник должен быть у меня на виду.

– Но из этого не вытекает его алиби? – я с удовольствием наблюдал за живой мимикой пухлого лица Банкира.

– Я запирал его каюту на ночь своим ключом, чтобы не сбежал, хотя куда, кругом вода, но так было спокойней спать.

– Ваш подопечный сказал мне, что наблюдал за коридором в дверную щель, – мне стало казаться, что наконец-то в деле появились нестыковки.

– Насколько позволяла цепочка, – разбил мои надежды Банкир спокойным тоном.

– Благодарю вас, – коротко сказал я и отпустил взопревшего беднягу, поставив против его имени 10.

Опрос половины пассажиров «Сирены» ничего не принес, в ту ночь все видели всех, но никто – жертву. Может, и впрямь таинственный Иона, успешный в делах сердечных и финансовых, взгрустнул, помолился и, выйдя на шаткую палубу, притом так, что никто и не заметил, плюхнулся в бушующее море, а предвидя такой исход заранее, он, искусный провидец, поведал о сем в переданной Кэпу записке, не забыв упоминать в ней меня, абсолютно незнакомого ему человека.