Иона

Дама в накидке из страусиных перьев, фривольной внешности и таких же манер, с тяжелым шлейфом перегара, громко хихикнула, едва не выронив длинной сигареты из мундштука слоновой кости.

Капитан с интересом пробежал серыми глазами по ее наряду, удивляясь быстроте реакции этой на первый взгляд пустой и расфуфыренной пассажирки, оказывается, неплохо знающей библейские истории. Дамочка же, ничуть не смутившись, выпустила восхитительную струю сизого дыма и, подмигнув Капитану, заявила:

– А вы, Кэп, оригинал.

– Среди нас есть Следователь, – невозмутимо продолжил «Морской волк», явно довольный похвалой в свой адрес. – Ему и определять, что произошло.

– А что вы имеете в виду? – болезненно поморщившись, поинтересовался грузный лысоватый господин, восседавший до того с гордым, независимым видом рядом с Дамой в перьях.

Капитан лучезарно улыбнулся вопрошающему:

– Несчастный случай, самоубийство или… преступление.

Банкир (а это был именно он) судорожно сглотнул, протер лысину платком и сказал:

– Так представьте следователя нам.

Капитан, не снимая улыбки с холеного лица, повернулся ко мне:

– Вот он, прошу любить и жаловать.

Обитатели «Сирены» все как один уставились на меня, их взгляды, несущие в себе удивление, раздражение, интерес, скепсис и еще Бог ведает что, вдавили мое бедное тело в диван, щеки вспыхнули, словно на них плеснули кипятка, а сердце заколотилось так, будто мне семнадцать лет и я нечаянно встретил на улице девочку, в которую давно и безнадежно влюблен.

Справившись с первым шоком, я неуклюже кивнул честной компании, собираясь с мыслями что сказать, как Дамочка в «страусе», выпустив очередное ароматное облако, язвительно заметила:

– Ну, дорогуша, и как вы собираетесь мучить нас?

Капитан, видя мое замешательство, попросил всех разойтись по каютам:

– Вас будут приглашать по одному сюда, пока же наслаждайтесь погодой и видами.

Когда пассажиры, гудящие как пчелиный улей в жаркий день, оставили кают-компанию, он, подсев ко мне, дружески посоветовал:

– Не обращайте внимания на чертову бабу, зря я согласился взять ее на борт, дурная примета.

– Почему я? – вырвалось у меня, пребывающего в полном недоумении.

Капитан сунул руку в карман кителя и выудил оттуда запечатанный конверт.

– Он, в смысле Иона, при посадке вручил его мне с просьбой передать вам, если с ним, – тут моряк закатил глаза и развел руками, – что-нибудь случится.