Сто миллионов

Теперь же… У меня перехватило дыхание от открывающихся возможностей. Уж точно, дома после школы не останусь. Рвану в столицу, а там как фишка ляжет.

– Ты смотри, помалкивай, – сказал мне отец утром. – Рот на замочке. Город наш спокойный, но мало ли чего. Скажешь, что мы с матерью на похороны родственника поехали в Брянскую область.

– Пап, я уже взрослый, – гордо сказал я. – Всё понимаю.

– Холодильник полон продуктами, – сказала мама. – Не ленись готовить. По пиццериям особо не шатайся (пицца самая моя любимая еда и у моих друзей тоже).

– Ладно, – сказал я. – Вы не переживайте, всё нормально у меня будет.

Последний раз мама позвонила утром девятнадцатого мая. Сказала, что американские визы они получили и сейчас выезжают в аэропорт. Когда долетят до Нью-Йорка, сразу мне наберут.

Около шести утра двадцатого мая в дверь нашей квартиры позвонили. Чертыхаясь спросонья, я открыл. На пороге стоял юрист Буйтенко.

– Вы разве не полетели с родителями в Америку? – удивлённо спросил я.

– Я пройду, – сказал Буйтенко, прошёл на кухню, сел за стол и закурил. – У меня для тебя тяжелое сообщение.

– Что случилось? – сказал я, еле сдерживая зевоту.

– Вчера по дороге в аэропорт машина, в которой ехали твои родители, попала в аварию. Родители погибли.

– Что?! – я отупело уставился на него. – Что вы такое говорите?

– Мне трудно тебе это говорить, – сказал юрист, – но это правда. Прости.

Я молча смотрел на стенку.

– Может, «Скорую» вызвать? – спросил юрист.

– Не надо, – сказал я. – Где тела?

– В Москве, в морге. Я пока не давал никаких распоряжений. У тебя есть взрослые родственники?

– Нет. Бабушка и дедушка по маминой линии давно умерли, по отцу бабушка в прошлом году. Кажется, у отца есть двоюродный брат, живёт где-то на Дальнем Востоке, но я его ни разу не видел.

– Куришь? – спросил Буйтенко.

– Нет.

– Это хорошо. А я вот дымлю как паровоз, – Буйтенко закурил очередную сигарету. – Ты способен сейчас вести деловой разговор?

– Да, способен, – сказал я.

– До наступления восемнадцати лет ты не можешь вступить в наследство. Если мы объявим о существовании завещания, тебе должен быть назначен опекун. Либо кто-то из родственников, либо представитель государства. Зная ваше государство, не сомневаюсь, что твоё наследство постараются под любым благовидным предлогом отобрать. Ты же этого не хочешь?

– Не хочу, – сказал я.