День народного единства

И вместо кед, кроссовки на два размера меньше. Откуда они? А это кроссовки нашего комсорга, Сереги. А он как с нами? После комитета комсомола встретил нас и пошел с нами кружечку пивка выпить. И чего? Выпил. А потом плакал около плаката «Вперед, к победе коммунизма!» и пел гимн Советского Союза. «Союз нерушимый республик свободных…». Тсссссс. «Под крылом самолета о чем-то поет зеленое море тайги». И в результате что? Ничего. «Умер Леонид Ильич Брежнев». Помер. Вот это номер. Такое счастье в нашей стране последний раз, если мне память не изменяет, было в Пятьдесят Третьем.

Тогда вся страна в едином горе, в едином порыве пошла оплакивать Вождя и Учителя. А еще раньше в Двадцать Четвертом еще одного Учителя и Вождя. Традиция намечается. Что делать? Плакать. Скорбеть. Или поэму написать? Слушай лебединое озеро и прогуливай школу, школьник, плачь у станка, рабочий. Крепче за баранку держись баран. Чего-то какое движение непонятное, хождение, разговоры. Нездоровый смех. Некрофилия. Вся страна полюбила мертвого Ильича. И готова была простить ему все. Застой. Афган. Коммунизьм-социализьм. Сосиськи сраные сиськи масиськи. Спи спокойно, дорогой наш товарищ! Мы возьмем в свои крепкие, мозолистые руки знамя, выпавшие из рук наших мертвых товарищей. И продолжим бить буржуев, которые понаехали на похороны Дорогого Леонида Ильича. Из уважения к ядерному щиту Родины. Так то. Тэтчеры, Рейганы. Доконали человека рейгономиками разными. Звездными войнами и прочими гадостями… Ох, вы ответите за это перед советским трудовым народом. А мы ответим на ваши ПРО своим ассиметричным ответом. Трепещите. И Вождь у нас новый появился. Юрием Владимировичем все зовут. Андроповым. КГБ у власти. Он вам, да и нам покажет кузькину мать. Работать всех заставит. Рейды по пивнушкам да по кинотеатрам проведет. Покритикует застой. Планов, как водится, громадье напишет. И прочитает. Да не так как Дорогой, а с чувством, с толком, с расстановкой. И народ с облегчением скажет: «Какой хороший человек, настоящий ленинец!» Но враги не дремлют. Заразили вирусом злодейским неокрепшие души. И вот уже нацисты среди нашей молодежи появились. «Наци». Следом панки подтянулись. Виски сбрил – панк. Булавку приколол на майку – панк. Зашевелились. Заелозили. Но доблестная милиция и КГБ не дремлет. И очаги эти в зародыше – бензином. Дубинкой – на! Сапогом – с ноги. Со временем все как-то успокоилось. Подзабыли даже, кто там у нас наверху. Чем они занимаются. Работаем, учимся, живем. Жизнь опять хороша.