Разлом. Книга 1

– Уже забрал, – напарник похлопал себя по карману, отозвавшемуся тихим звоном, и довольно улыбнулся, увидев, как округлились у меня глаза. – А это всё твоё. Да-да, Дядюшка Хо был исключительно щедр, хотя и не особо доволен.

Вместо слов, я сгрёб деньги в кошель, напарника в охапку, и мы отправились в бар.

Едва мы вошли в полутёмное, пропахшее благовониями помещение на второй палубе платформы, как трое поднялись из-за столика возле стены и радостно завопили:

– Голди! Рома! Ура!

Меня подхватили и начали трясти.

– Фрэнк, а ну поставь его, что ты как горилла! – осадила мужа Элис, невысокая, хрупкая, особенно по сравнению со своей гигантской второй половиной, но на удивление сильная. Белозубая улыбка сверкнула на её темном лице.

– Рома, иди сюда, дорогой! – она отпихнула супруга, обняла меня за шею и уверенно притянула к себе, лишний раз доказывая, что внешность может быть обманчива. – Мы уже думали, что потеряли тебя.

– Пока твой муж не вернет мне пять золотых юаней, даже не надейся, – засмеялся я.

– Тогда ты будешь жить вечно! – загоготал Фрэнк.

Хавьер – третий участник встретившей меня компании – лишь протянул руку и сказал чуть громче, чем обычно:

– Отлично летаешь.

– Спасибо, Хави, – поблагодарил я, а потом нашел взглядом официанта и подозвал: – Неси еды, чего-то мясного на всех и вино самое лучшее, что есть. Мы празднуем!

Рассевшись за столом, продолжили беседу.

– Вот скажи, Голди, – Фрэнк обнял меня, и я слегка крякнул под весом его здоровенной ручищи, – ты знал, что летишь в снег, а не в скалу?

– Нет.

Фрэнк с улыбкой, делавшей его похожим на эдакого добродушного светловолосого ящера, указал пальцем на жену и Хавьера:

– Гоните монеты!

И без зазрений совести сграбастал деньги.

– Повезло тебе, Голди! – продолжил Фрэнк.

Он хитро посмотрел на жену и подмигнул:

– И не только из-за него, да дорогая? Миссис совсем вымотала своего мистера.

Элис стукнула мужа по бедру эбеновым кулачком.

Тот деланно охнул и продолжил:

– Снега навалило столько, что ты как на перину упал. Пробил снежный гребень сначала – это было феерично, кстати, такой белый взрыв – а потом рухнул на склон.