Звездная Кровь – 4. Одиссей

Неужели я тоже могу стать таким или природная основа играет главную роль? Наверняка и до Восхождения афро был здоровенным мужиком.

Майкл, недовольно хмурясь (честно говоря, я вообще не видел, чтобы он улыбался), кивнул мне, присел на жалобно застонавший стул напротив. Затем сделал странное – активировал на себе какую-то Руну и почти минуту молча обшаривал взглядом камеру, будто сканируя каждый ее уголок. Затем, словно удовлетворившись осмотром, посмотрел на меня и пробасил:

– Можем говорить, Сигурд.

– Когда меня выпустят? – поинтересовался я первым делом.

– После небольшой проверки. Мы тут многое видели – людей, превращенных в Руны, и людей, которым Руной придавали чужой облик, людей под контролем Рун и просто всяких шпионов, – пробасил Майкл доброжелательно. – Нам нужно убедиться, что ты – это действительно ты, а не, скажем, метаморф в твоей шкуре. Так что – рассказывай. Все. Во всех подробностях.

Ну что ж, я рассказал. Легенда была готова давно, и, откровенно говоря, героического в ней было немного.

Во время нападения Червей упал в трещину, ударился, потерял сознание. Очнулся где-то далеко, в незнакомом каньоне, рядом с погибшим от ран имаго. Парализующий яд, видимо, нейтрализовал амулет Травинки. Сколько времени прошло – неизвестно, куда меня утащили – тоже, вокс потерян, связи не было. Затем – бродил по каньонам, хотел выбраться на поверхность, спасался от Червей, пытался найти своих, но никого не обнаружил.

Говорят, скромность украшает. Мне пришлось скрыть свои подвиги, представив все так, что изгои, во главе которых стоял Раздавленный Клык, взяли меня в плен и повели с собой вглубь Расколотых Земель – к таинственному Столпу Наблюдателя.

Майкл подробно расспросил меня об изгоях, особенно – о землянине по имени Дуглас Кирк. Как я понял, этот человек был хорошо ему знаком.

Затем, у подножия Столпа, мы попали в засаду Народа Теней во главе с Восходящим по имени Коготь-как-Серебро. Они перебили изгоев, а меня и Юки взяли как добычу, приведя в свое поселение. Далее даже не пришлось ничего не придумывать, описывая пребывание и пытки в септе Небесных Когтей.