Стеллар. Прометей

Мы все – маньяки, кровавые твари, преступники.

– И Ожог тоже?

– Он, наверное, вообще монстр, – грустно улыбнулась Льдинка, – раз сам Грэй его опасается. Знаешь, я умом понимаю это, мне страшно, но знаю, что все равно буду его ждать. Любого… И еще я думаю, что он все вспомнил сам, еще там. И про себя, и про нас.

– Понимаю. Как думаешь, что решат остальные? Они ведь уже приняли присягу!

– Не знаю, – задумчиво пробормотала Льдинка. – Но им… легче. Они – вместе. Их простили… и приняли… И у них есть цель. А у нас, Ярость? Что нам теперь делать? Они все уходят! А мы остаемся.

Ярость вздохнула – она никогда не была сильна в речах, но тут их эмоции совпадали. Все их поколение стало Первым Легионом – все, кроме их тройки. Жгучая обида и разочарование. И Ожога, который мог бы успокоить и объяснить, что происходит, сейчас не было рядом.

– Ожог сказал, что Грэй нас использует. Как пушечное мясо.

– Тогда зачем рассказывать правду? – яростно возразила Льдинка.

– Ты же знаешь, что шансы вернуться с Черной Луны…

– Они все тоже знают, – сказала Льдинка в ответ, – и пойдут. Ты сама знаешь, что пойдут. Да и какое значение имеют шансы? Когда на кону – вся Земля? Даже Ши идут… А мы сидим здесь и ревем, как две идиотки!

Ярость хотела заметить, что истерику вообще-то устроила исключительно Льдинка, а ей самой глубоко похрен на все прошлые инкарнации, но в процессе передумала и вместо этого сказала:

– Мы сидим тут, потому что у Ожога есть какой-то план.

– Он опять все решил за нас! – фыркнула Льдинка. – Знаю я его хитрые планы! Хочет нас сберечь, я понимаю… Нет, так не пойдет. Я так не могу, Ярость! Ты как хочешь, а я так не могу. Мы должны сами решить. Сами выбрать, что делать. Я… решила.

– И что же? – спросила Ярость, уже предчувствуя ответ.

– Я… отправляюсь с ними.

Она говорила тихо, но когда подняла голову, светло-зеленые глаза блеснули волей, которой можно резать стекло, – и Ярость поняла, что переубедить напарницу не получится. Да и не особо хотелось ей переубеждать Льдинку, потому что сама Ярость пребывала в смешанных чувствах. Оставаться на Земле и ждать здесь неизвестно чего, руководствуясь туманными планами пропавшего на «Гедеоне» Ожога, не выглядело хорошим вариантом. Тем более в одиночку.