Доктор Шифр

Волошину вполне хватало идеи того, что где-то там, далеко-далеко, у него появился невидимый друг, каждую ночь приносящий умиротворение и занимательную игру в шифры. Мальчуган не сомневался, что однажды взломает секретный код. И когда это случилось, когда двенадцать чисел улеглись в идеально ровный круг, сферы вышли за пределы снов.

После гибели брата, как показалось Андрею, сильнее других горевала бабушка. К смерти его отца она относилась куда спокойней: зять и теща не поладили с первых дней знакомства.

А вот умелый и талантливый внук, всеобщий любимец… такую утрату пожилая женщина выдерживала с огромным трудом. Может, как раз поэтому «подсветка» выхватила именно ее.

Небольшой, размером с теннисный мячик красноватый шар возник в районе сердца бабушки на седьмое утро после «цифровой» победы Андрея. Видение походило на почти рассеявшееся облачко дыма, которое кто-то ловко заточил в прозрачную сферу. Сперва Андрей принял его за оптическую иллюзию, но с какой бы стороны ни подступался к бабушке, под каким бы углом на нее ни смотрел – шар всегда маячил возле груди.

Однако наиболее примечательным наблюдением стало то, что с течением времени цвет шарика менял тональность. Происходило это не шибко резко и заметно, но если в первый день он был размытого красного оттенка, то спустя три месяца напоминал спелый персик. Вновь отправившись в библиотеку, Андрей, который вел наблюдения за шаром с усердием секретного агента и мельчайшие детали конспектировал в тетрадку, отыскал небольшую книгу по колористике.

Волошин пришел к выводу, что, если он хочет вести дневник подробно и качественно, скудных описаний цвета по типу «ярко-красный» и «темно-красный» будет явно недостаточно. Поэтому он решил расширить познания в области типологии цветов и оттенков. В процессе самообучения подросток выяснил, что, согласно цветовой модели Пантон, на начальном этапе «бабушкин шар» имел цветовую идентификацию 18-1649 TCX.

Оттенок, который Андрей по-простецки именовал «бледно-красным», на самом деле назывался «глубоководным кораллом». И код, и поэтичное наименование он скрупулезно занес в тетрадь.

На недолгий период колористика полностью овладела воображением Волошина. Он буквально впитывал любую информацию о цветовом пространстве, длинах волн спектра, тонах и оттенках.