Теория вероятностей. Сборник рассказов

А она, тем временем, положив стопку на кресло, начала раскладывать костюмы на кровати, низко наклонившись и аккуратно разглаживая их.

От движения рук её фронтальные достоинства заманчиво колыхались в распахнувшемся вырезе одежды. Поймав на себе взгляд Макса, она вскинула голову и широко улыбнулась, обнажив ряд странных конусообразно заточенных зубов. Начавший было зарождаться интерес к обслуживанию отелей со стороны новоявленного постояльца, моментально исчез, уступив место какому-то ознобу отвращения. Макс вежливо отвернулся, сделав вид, что у него есть и другие дела, кроме наблюдений за колыханием плоти, постоянно, с самого младенчества, манящей к себе взгляд мужчин.

Чудом, устояв на ногах, он повернулся, чтобы увидеть источник такой болезненной неожиданности, за что получил ещё серию ударов по корпусу и по лицу. За градом ударов, ему удалось понять, что обслуга этого отеля совершенно не имела представления об этикете и какой-либо вежливости, так как, ни разу не сказав худого слова, его била именно горничная.

Тело моментально вошло в привычное состояние, появляющееся при опасности, а ум, видимо, не успевший окончательно сбежать, пискнул на прощание: «Береги свои колокольчики, Макс, береги самое дорогое, а то с неё станется…».

И этот писк не был лишним, так как горничная уже несколько раз пыталась ударом ноги снизу привести этот коварнейший замысел в действие. Но увидев, что основная оборона сосредоточена в этом месте, она решила перенести наступательные действия на фланги.

На Макса посыпались боковые удары в голову, а из носа потекла кровь. К счастью, это был не мужик, от силы ударов которого ему пришлось бы совсем плохо.

Поняв, что с этим «односторонним боксом» пора как-то кончать, Макс, выбрав момент, поднырнул под руку спарринг-партнерши уходя ей за спину. Ухватив её сзади в охапку, он поднял горничную над полом прижав свою голову к её плечу, чтобы не получить затылком по лбу, что тоже оказалось не лишним, так как она уже вздёргивала головой, как взнузданная молодая кобылка.

–Ну, всё, всё, успокойся, милая… – примирительно забормотал он женщине в лопатку сзади, не зная, что делать дальше, пытаясь её успокоить и крепко прижимая к себе, пока она рвалась и брыкалась. Хотя, честно сказать, ничего особо милого он в ней не находил и с удовольствием бы сбросил с балкона, как и предыдущую горничную, но добраться до него в такой позиции было невозможно.