Ремесло Теней. Призма тишины

– Разумеется, нет. – Эйтн приблизилась, но не настолько, чтобы, в случае чего, подвергнуть собственную жизнь опасности. Впрочем, вопрос ее звучал вполне искренне: – Сет, ты справишься?

Я постарался выдавить улыбку:

– Еще бы. – И пока остатки сил окончательно не покинули, удвоил напор.

Боли почти не ощущалось. Что-то отчаянно шипело под моей ладонью и возилось, будто живое. Я поднажал. Возня прекратилась, а в воздух поднялась струйка черного дыма. Запахло паленой проводкой и плотью.

Убрав руку с панели, я развеял неприятную хмарь и, развернувшись к соучастникам, игриво подмигнул:

– Готово!

И пускай никто толком не понимал, что я только что сотворил, выдохнули все с облегчением.

– Твоя рука!

Я даже не успел пикнуть, а Эйтн уже подобралась вплотную и во все глаза рассматривала пятно теневого ожога, красовавшегося на моей ладони.

– Все в порядке, – соврал я, хоть и не слишком убедительно. Кожу слегка покалывало, а пальцы двигались медленнее обычного. Цепкий взгляд Эйтн это заметил.

– Я такое вижу впервые, – сказала она, продолжая изучать след на моей бледной коже. Жутко хотелось убрать руку в карман, но легкое касание тонких и нежных пальчиков вынудило замереть и покорно ждать первичного осмотра. – Необычный ожог.

Само собой, порывался сказать я, но язык точно к небу прилип. В горле странным образом пересохло, а под воротничком сделалось липко и неприятно. Чего нельзя было сказать о прикосновениях Эйтн. В мыслях мелькнуло, что если б она продолжала трогать меня как сейчас, я бы себе ладонь и гвоздем запросто бы пробил.

– Неужели? – Леди Аверре насмешливо приподняла бровь. Похоже, я слишком громко думал, из-за чего она мгновенно перехватила посыл.

Стало ужасно неловко. Постаравшись придать себе деловитый вид, я попытался высвободить руку.

– Не оставляй все на самотек, – слегка напряженным тоном предупредила она и отошла.

Проводив удаляющуюся фигурку взглядом, я вернулся вниманием к консоли. Символов, что начертала поверху рука Бавкиды, видно не было. Лишь небольшой нагар, но и только. Данные на мониторах по-прежнему казались тарабарщиной, непригодной для интерпретации, но меня это заботило слабо.