Ремесло Теней. Призма тишины

Отпив кесса и с грохотом вернув кружку на стол, я повысил голос:

– Эйтн! Ты можешь сколько угодно делать вид, будто ничего не случилось, но это не решит проблемы. Поговори со мной!

– С каких пор ты стал у нас таким разумным?

Вопрос застал меня врасплох. Я оглянулся. Эйтн подпирала плечом переборку, одну руку держа вдоль тела, а вторую опустив на сгиб бедра. Взгляд ее оставался колючим, как стая яртеллианских снежных ос, но в выражении лица проскальзывал легкий интерес. Зная, как умело леди с Риомма управляла своими эмоциями, я предположил, что это своеобразное приглашение к продолжению разговора.

– С тех самых, как взял на себя все заботы этой Вселенной.

Эйтн громко хмыкнула, выпрямилась и, переступив через комингс, все-таки уселась напротив меня.

– Вот это-то и беспокоит, – обронила она, пригубив из второй кружки. – Когда мы только познакомились, ты прикидывался хорошим мальчиком, который делал, что ему скажут, – при этих словах я поерзал на диванчике, – но всегда тайно преследовал собственные цели.

– Не забывай о Ра и Навигаторе.

– О них я тоже собиралась сказать. – Эйтн нанизала на вилку кусочек пареных овощей и, недолго присмотревшись к нему, отправила в рот. Пожевала. – Хм. Не так уж и плохо.

– Спасибо.

На что она небрежно качнула головой, будто в том не было никакой моей заслуги.

– Ты из кожи вон лезешь, пытаясь убедить всех и вся, что действуешь по чужой указке, но сам тайно идешь по следу собственной цели, какой бы она ни была.

Спрятаться за кружкой не получилось бы при всем желании, так что пришлось избрать иную тактику. Опустив взгляд в тарелку, я пробормотал:

– А ты не понимаешь?

– Так этот перформанс в каюте и впрямь что-то значил?

Я не верил, что она не увидела причины и потому повторил:

– А ты не понимаешь?

Эйтн, отложив вилку, вздохнула.

– Сет, прекрати. Я знаю тебя. Ты мог перебить их всех. Свернуть шею здоровяка, заставить остальных перестрелять друг друга, а паучиху повеситься на собственной паутине. Но ты этого не сделал. Вместо этого ты сыграл роль ничтожного лейра, который собственной тени боится. Для чего? Из-за того, что она со мной сделала? Ты меня пожалел?

– Разве в этом есть что-то плохое?

– Прошу, не унижай меня так.