Темный Исток: Гончие Дзара

– Давно они здесь? – будто бы между делом спросил Изма хозяина гофаев.

Уточнять, о ком конкретно речь ни для кого не требовалось. Портакианец моментально поднял голову к небу, большую часть которого скрывал жирной тушей риоммский акаш.

– Уже третьи сутки, – нахмурился он, рассматривая днище металлического чудовища. Голос звучал спокойно, однако нотки недовольства в нем все-таки проскальзывали. – К наместнику ходили, но он уверяет, будто все это лишь безопасности ради. Меры предосторожности, так он сказал.

– Меры? – впервые за время обмена любезностями подал голос Аргус. Он уже давно сидел верхом на втором гофае. – Против кого?

Портакианец уставился на стража, будто только увидел. Моргнул. Затем еще раз.

– Не знаю, м-молодой господин, – поспешил он с ответом. – Но все чуют, что что-то неладно. Опять в подворотнях шушукаются. Про Тень разговоры ведутся… То тут, то там кто-нибудь что-нибудь сболтнет. Ничего конкретного, конечно же, просто досужие сплетни, а все-таки!

– И что говорят? – Изма даже вперед подался, так ему было любопытно.

Портакианец опасливо оглянулся, не подслушивает ли кто, и только потом заговорил совсем уж карикатурным полушепотом:

– Не знаю, слышали ли вы, но поговаривают, будто по Галактике носится некая черная флотилия и без разбора уничтожает все аванпосты, что хоть когда-то имели дела с лейрами, будь они трижды прокляты.По новостям такого, конечно, не услышишь, но даже в наше захолустье забредают любители поболтать за кружкой эля. Лично я до сплетен не слишком охоч, но такие истории мимо ушей не пропускаю.

– Кодда Секундус, – машинально подсказал я.

– Точно! – Хозяин гофаев заулыбался. – Точно так ее и звали. И еще несколько таких же поселений – небольших, в стороне от большинства глаз и, что самое главное, под флагами нашего несравненного Риомма. Официально об этом ни слова, но очевидно же к чему все идет? Кто бы ни управлял той Черной эскадрой, он явно хотел как следует расшевелить чинуш из Сената.

– Понятное дело, – кивнул Изма, будто не услышал ничего нового. – Только причем здесь Тень?

Взгляд портакианца, все еще прикованный к внушающему трепет звездолету, едва ли не с характерным жужжанием переместился на кислое лицо старого мекта. От внешней сердечности не осталось и следа.