Темный Исток: Гончие Дзара

Процесс расстыковки уже завершился, и теперь нам предстояло проводить «Плакальщицу» и весь ее экипаж в последний путь до ближайшей звезды.

– Если распылить меня на атомы взрывом, то обратно я не соберусь, – между делом заметил страж, удаленно запуская двигатели пиратского корвета.

Мы с Измой переглянулись, но от комментариев воздержались. Меня еще не отпускала история с падением в каверну и последующим «чудесным» спасением, а какие мысли терзали разум мекта, было неизвестно. Вполне возможно, он по-прежнему не верил своему везению, а может просто дожидался возвращения домой.

Кстати, о возвращении. Догадаться о том, куда мы направимся после того, как «Плакальщица» испарится в огненных протуберанцах, труда не составило. Что Изма, что Аргус, оба называли домом лишь одну планету в Галактике – Боиджию. А поскольку мой дом оказался уничтожен Черной эскадрой Дианы, то на широкий выбор я рассчитывать не мог. Хотя, вернее было бы сказать, что меня вообще никто ни о чем не спросил. Но я не жаловался. В конце концов, Боиджия вполне сошла бы за деталь прошлого, что пережила мое путешествие на Шуот неизмененной – эдакий зеленый уголок постоянства.

Двигатели развалюхи ожили, отчего рубку затрясло. Вцепившись в подлокотники кресла, я спросил:

– А вы уверены, что на нем еще можно летать?

Аргус не отреагировал, уводя корабль подальше от «Плакальщицы», а Изма подарил мне одну из своих ехидных улыбочек:

– Уж не боитесь ли вы, мастер Риши? – И куда только делось прежнее подобострастие?

Искоса глянув на него, я нервно выдохнул:

– А что, похоже?

– Я почему-то считал, будто Исток не подвержен людским слабостям.

– Людским? – прищурился я.

– В широком смысле, конечно же, – взмахнул рукой он, отчего у меня сложилось стойкое впечатление, будто надо мной издеваются. Робкий и тихий Изма? Похоже, еще большой вопрос, кого и насколько изменил Шуот.

– О! Ну, что ж, будучи Истоком, могу вас заверить, что любые слабости, свойственные живым существам, свойственны и мне тоже.

Ответная улыбка и нараспев сказанное «какой же нежный монстр» только подтвердили подозрения.

– Изма, не доставай его, – бросил Аргус.

Прямому приказу мект не осмелился не подчиниться, но я вовсе не противился подобным подначкам. Наоборот, было крайне интересно знать, что думают обо мне те, кто ничего от меня не ждал. По крайней мере, в их искренности труднее всего усомниться.