Ремесло Теней. На границе вечности

Я еще сама не вполне уверена, как это работает, но если получится, мы с тобой, пожалуй, станем в каком-то смысле первооткрывателями».

«Так ты раньше этого не делала?!»

Но Ра, по обыкновению, отмахнулась:

«Не дрейфь. Все будет в порядке. Главное, не вляпаться в самую жижу».

Что она под этим подразумевала, я так и не понял, а отвлекать ее вопросами не решился, так как новоявленная мастерица сосредоточила все свое внимание на убитых. Причем, со стороны догадаться об этом вообще было невозможно. Физически Квет Ра оставалась на месте в неестественной позе с опущенной на грудь головой и закрытыми глазами, тогда как ее… дух витал над столами в виде густого, но невидимого обычному взору, тумана, обволакивая тела, точно покрывало.

От одного взгляда на это меня пробрала дрожь отвращения, и Ра уловила мое настроение:

«Ты прям как барышня. Тьфу! Мне казалось, в твоей жизни случались вещи и похуже».

«Так и есть», – буркнул я. Ну не объяснять же, что нелюбовь к мертвецам в моем случае имеет свои достаточно веские основания?

«Ладно, не хочу сейчас спорить.

«Еще бы! Насколько помню, понятие альтруизма никогда не было для тебя частью общего императива Адис Лейр».

«Они требуют от нас отказаться от своего «Я», хотя прекрасно понимают, что только таким образом мы можем достичь настоящих высот в познании Теней. Это так же глупо, как заставлять гениев пахать на общественных началах. Только в противном случае они рискуют потерять власть над алитами и уже окажутся не в состоянии диктовать нам свою волю».

«Хорошо, что тебя сейчас никто, кроме меня не слышит, ведь тебе не хуже моего известно, что за такие речи можно нажить немало проблем».

«Трус! – ударилась о мой разум мысль Ра. – Но я-то вижу, что мы с тобою, Сети, одного поля ягоды. Ведь ты точно так же не веришь в эти правила, а весь твой секрет лишь в том, что ты умело юлишь между мастерами, выражая мнимое почтение, хотя на самом деле презираешь их».

«Не думал, что закончим разговорами обо мне любимом».

В ее ответных мыслях чувствовалась усмешка.

«Но мы еще только начали, хоть и не совсем вовремя. Сейчас я хочу, чтобы ты помог мне».

Я представить не мог, что должен был сделать, поскольку изначально предполагал себя исключительно в роли стороннего наблюдателя. Стать действующим лицом в акте, который, не то чтобы пугал, но заставлял чувствовать себя кем-то вроде святотатца, напрягало и неслабо.