Ремесло Теней. На границе вечности

– А я и не предполагала, что ты воспримешь мой совет буквально, – сказала она, стоило нам переступить порог холодного и погруженного в полумрак стерильного помещения.

Прежде мне довольно часто доводилось бывать здесь, но при этом я никогда не ощущал того дискомфорта, что стал одолевать теперь. После Изолятора все мало-мальски похожие на него помещения теперь вызывали у меня нервную дрожь. Искоса глянув на Квет Ра, я лишний раз убедился, что вот ее трудно чем-то пронять, и потому выдавил из себя ответную улыбку:

– Я и сам не предполагал, мастер.

Муэрра снова как-то особенно посмотрела на Квет Ра и снова та сделала вид, будто этого не заметила.

– Желание знать правду, возобладало над здравым смыслом, и ты решил просить помощи у алита Ра? – спросила мастер с усмешкой.

Стало ясно, что между Муэррой и Квет Ра имелись свои трудности, о которых мне пока ничего не известно. Осознавать это было не очень приятно, и я высказался:

– Мой недавний опыт показал, что здравый смысл иногда только все больше запутывает.

Раздвоенные стебельки глаз мастера слегка завибрировали, словно антенны, и сфокусировались на мне:

– Затрагиваем тему путешествия с Батулом Аверре, да? Я думала, тебе запрещено об этом говорить.

– А я и не говорю. Я объясняю. Если у Квет Ра есть возможность достать мне ответ, который никто больше найти не может, так почему бы мне не попросить ее об этом?

Муэрра не ответила, лишь высокомерно отклонилась назад. Еще немного времени она сканировала нас недобрым взглядом, а затем, так же молча, повернулась и направилась к гладкой белой двери, за которой, как мне уже было известно, располагалось хранилище тел и прозекторская.

Электронная панель, защищавшая комнату от посторонних, имела замок, который возможно было вскрыть только ментально. Передав ей необходимую последовательность психических сигналов, мастер открыла дверь и широким жестом предложила нам обоим войти.

Внутри оказалось на несколько градусов холодней, чем снаружи, что подтвердили легкие облачка пара, вырывавшиеся при дыхании изо рта.

Кроме трех уже занятых матовых столов, торчащих посреди комнаты на гидравлических подъемниках, и напичканных оборудованием для проведения вивисекции, здесь не было ничего, разве что пара гибких люминесцентных ламп, да кое-какой инструментарий, на мой взгляд, больше подходящий древней камере пыток. А еще пахло смертью.

Кивнув в сторону накрытых белым полотном тел, мастер сказала:

– Парни уже заждались.