Такая, как есть

Успокоив ее, перешел на писю – нежно погладил ее между малыми и большими губами, скользнул через клитор двумя пальцами к входу и сунул их в нее. «Как же здесь горячо и скользко», – массируя пальцами стенки влагалища, кайфовал он, а затем начал через перегородку перекатывать в попе шарики. И тут началось… Она зарычала, затряслась, ноги сжались. Кончить он ей не дал – это было бы слишком просто.

– А ну, ноги раздвинь! – пока она собиралась с мыслями и чуть-чуть раздвинула ноги, он взял в руку ремень. – Сука непослушная!

Удар, точный и хлесткий, ее стон от боли на самом лобке.

Еще удар, прямо по гениталиям. Ноги снова сжались…

– Ну что, поняла?

– Угу, угу.

Он сел на кровать.

– Ну, все, не скули, давай пожалею. Она убрала руки с лобка, и он начал ногой гладить ее. «Горячая, скользкая такая», – наслаждался он своей девочкой. Давил и гладил ногой по губам, сунул между них большой палец ноги и спросил:

– Пить, в туалет не хочешь? А то потом я тебя не отпущу.

Она замычала.

– Поднимайся, кися.

Она встала. Он достал из ротика трусы.

– Пить хочу.

– Иди, попей и сумку захвати, там у меня для тебя кое-что есть…

Глава 3

Она потихоньку на четвереньках подошла к столику, попила и принесла в зубах небольшую сумку.

– Залезай на кровать и ложись на спину.

Называя ее ласковыми словами и при этом целуя ручки, животик, ножки, лицо и сисечки, он аккуратно привязал ее в позе звезды.

– Нигде не давит, не жмет?

– Нет.

– Ну, вот и хорошо.

Значит, будем начинать, – залезая на кровать, сказал он. Он не жалел времени на то, чтобы погладить каждый участок ее доступного, голого, такого родного тела. Он знает точно, насколько ей это нравилось. Он ее поцеловал и начал водить прищепкой по губам и зубкам. – Моя девочка сладкая. Тебе сейчас будет больно… Приятно… Страшно и… стыдно.

Она напряглась. Он сел между ее ног, нажал пальцами на губки рядом с клитором, чтобы он был на виду, и приставил разжатую прищепку.

– Мне нравится, девочка, когда тебе…

«Нет, поиграем», – передумал он и убрал прищепку.

Слез с кровати и взял в сумке повязку.

– Вот почему тебе будет страшно.

Она попыталась что-то сказать, а он лишил ее возможности видеть, завязав глаза. Она начала шевелить ногами и руками, но все ее попытки только заводили его. Он снова слез с кровати, взял пульт и включил музыку.

– Ууиии…

Заиграла, как и было задумано, ее любимая замечательная песня Kosheen «Under Fire».