Депозит в двенадцать жизней

В одном сидел очень полный человек в шляпе с книгой в руках. Или не человек? На большом круглом лице выделялся неестественно широкий нос, скорее даже клюв. Никита посмотрел направо. Там на небольшом возвышении находилось что-то вроде пульта управления с многочисленными кнопками, лампочками, экранами и старинным корабельным штурвалом. Это совсем не вписывалось в обстановку комнаты, как и субъект, сидящий в кресле за пультом. Вполне человеческую фигуру в военной форме венчала голова какого-то вепря или дикого кабана в фуражке.

Кабан свирепо уставился на Никиту, сверкая белоснежными клыками.  Страшно почему-то не было. Наоборот – интересно и непонятно.

Кот, тем временем, взгромоздился на стул и налил из графина воды в маленький стаканчик. Затем лихо опрокинул его себе в пасть с таким видом, что Никита сразу понял, – в графине вовсе не вода. Котяра икнул, схватил лапой какой-то зелёный фрукт и закусил.

– Делай вид, что ничего не понимаешь, – шепнула ему на ухо Алиса.

«Это совсем не трудно», – подумал он и кивнул.

– Они считают, что ты не знаешь их язык, – продолжала незаметно шептать девушка, – а я подключила тебе лингвистический модуль. Молчи и сделай глупый вид, у тебя это хорошо получается, Ник.

«Ага, конечно… Куда она его притащила? И что вообще происходит?»

По старой покерной привычке, он придумал прозвища для незнакомцев. Так проще противостоять им в игре, да и в жизни тоже. Кабана он назвал – «Пумба», а толстяка в кресле – «Карыч». Кота, естественно, – «Бегемот».

Все продолжали молчать, тишина.

– Ты сказала, что нуждаешься в помощи, – решил нарушить молчание Никита,– и объясни мне, наконец, что происходит, и где я нахожусь?

– Алиса, он нас понимает? – проревел ««Пумба»», не обращая внимания на слова Никиты.

– Нет, мой капитан, он вообще ничего не понимает.

– Тогда, какого хрена, мы переписываемся в этом долбанном чате?

Алиса только пожала плечами. Босоножки она уже успела где-то скинуть и прошлепала босиком к камину.

– Почему ты нашла какого-то задохлика? У нас хреново задание огромной важности. Он не потянет, – продолжал реветь «Пумба».

– Он слишком юн и не опытен, – пробасил «Карыч».

– Нормальный паренёк, – возразил им Бегемот, наливая себе ещё стаканчик, – в меру пьющий.

То, что, кот мог говорить и то, что знал про «в меру пьющий», уже совсем не удивило Никиту.