Воскресший закат

Подхватил два чемодана и бросил на Настю долгий взгляд, будто надеялся, что та передумает.

Она не сдержалась – отступила. Он никогда еще на нее так не смотрел.

Никогда.

Глава 7

– Тук-тук. Можно? – в дверь кабинета заглянула Света.

– Угу. Что там у тебя?

– Я спросить хотела… Ты как?

Подруга села напротив Насти и с беспокойством посмотрела на нее. От ее сочувствующего взгляда той было тошно. Впрочем, Насте было тошно от всего.

Настины руки дрожали. Красивые и ухоженные ногти, свежий маникюр – все, как всегда, но как же зудело при взгляде на безымянный палец правой руки, ведь на нем больше не было обручального кольца.

– Свет, что за вопрос? Как, по-твоему, я могу быть?

Она говорила холодно, отрешенно. Врать и выдавливать из себя улыбку не хотелось. Впереди тяжелый день, важные переговоры. Настя не могла себе позволить расклеиться перед подругой. Но одна единственная слезинка, как назло, покатилась по щеке, и ее тут же украдкой стерли.

– Ты говорила с Русланом? Он во всем сознался? – осторожно спросила Света.

– Конечно нет, – прочистив горло и откашлявшись, Настя закатила глаза. – Я и не ждала от него признаний. Уверена, он будет все отрицать. Какая выгода ему от правды?

– Может он не врет?

Святая наивность!

И эта наивность почти разозлила. Настя едва удержалась от желания швырнуть в подругу что-нибудь тяжелое.

– Свет, мозги включай! Все доказательства на лицо.

– Я бы на твоем месте дала ему шанс…

Глаза округлились и налились гневом.

– Запомни, Света, одно, – Настя вбивала в ее голову каждое слово. – Ты не на моем месте, и никогда не будешь.

Подруга отшатнулась и покраснела.

– Никогда не забывай, кто ты, а кто я. И то, что мы дружим, не дает тебе право лезть в мою личную жизнь и давать советы, о которых я не спрашивала.

– Прости. Я просто хотела…

– Меня мало волнует, что ты там хотела. Моя личная жизнь тебя никак не касается. Уясни это, пожалуйста. Есть границы, которые я не позволю переходить даже тебе.

Света потупила взгляд и часто закивала.

– Поняла, прости. Я пойду работать.

– Иди. И принеси мне кофе.

Настя отвернулась к окну. Ее одолевало желание закрыться от этого мира, чтобы ее никто не трогал. Сердце предательски сжалось. Единственная мысль, что хоть немного грела ее самолюбие, – эта боль скоро пройдет, обязательно пройдет. Руслан остался с носом. У него было ровное ничего. Только счет в банке, но сумма ничтожно мала.