Янмэйская охота. Том I

Полночи она провела в подвале стоя на цыпочках. Плохая рука была пристегнута к потолку.

– Карен… Кейтлин… скажи, что мне делать?

Дороти боялась своей соседки по комнате. Карен напоминала мертвеца; Карен почему-то звала Дороти «миледи». Дороти не знала, что из этого пугает ее больше. Однако, доведенная до отчаяния, она решилась спросить совета.

– Терпите, миледи, – ответила Карен.

– Почему он липнет ко мне, а? Почему только ко мне? – Глаза Дороти увлажнились. – Почему никого другого?..

Карен смерила ее очень холодным взглядом, будто слезы Дороти вызвали в ней отвращение.

– К вашему сведению, миледи, Нави высосал до капли каждого переписчика. Затрачивал от двух до трех месяцев, выжимал все числа, какие были известны жертве, затем переходил к следующей.

– Два месяца?!

Дороти не расплакалась лишь потому, что боялась ненависти Карен. Она провела рядом с Нави одну неделю. Одну чертову неделю – и силы уже на исходе! За два месяца она свихнется и прыгнет в море от отчаянья!

– Что же мне делать, Карен?

– Терпите, миледи.

Она отвернулась к стене, устав от разговора.

– Нет, нет, погоди! Я не вытерплю! Не смогу!

Это не волновало Карен. Тьма! Здесь ничто никого не волновало!

– Скажи хотя бы, что такое правильные числа? Иногда называю число – а он говорит: неправильное. Он издевается? Нарочно меня мучает?! Как правильное отличить от неправильного?

– Правильное число имеет смысл, миледи. Неправильное лишено его.

– Смысл?.. Какой смысл?.

. Я говорю, что в голову взбредет, лишь бы отвязался. Нет там смысла!

– Вы не всегда помните смысл числа, но он всегда есть. А если нету – Нави это заметит и скажет «неправильное».

С того дня кошмар усилился многократно. Прежде Дороти не задумывалась – просто кидала Нави случайные числа, как кости собаке, и большинство чисел оказывались правильными. Теперь, когда число всплывало в уме, Дороти терзалась вопросами: правильно ли оно? Есть ли в нем смысл? Может, выбрать другое? Может, добавить единичку или двоечку?.

. И она промахивалась. Числа не подходили Нави, он обижался, плакал, кричал, умолял: «Нет, не обманывай меня, пожалуйста, дай правильное!» Его перо тем временем ровно скользило по листу, перо Дороти – ставило кляксы, рвало бумагу. Листы летели в мусор, мастер Густав бил кулаком по ее столу: «Какой ты переписчик! Пойдешь у меня двор мести!» И в ее голове мелькало: ладно, пускай двор, лишь бы подальше от него.