Янмэйская охота. Том I

Дороти пересела на новое место и оказалась по левую руку от Нави. Перерыв кончился, пациенты взялись за работу. Не прошло и полстраницы, как стало ясно, в чем подвох.

– Скажи число! – прошептал Нави, клонясь к Дороти.

Она не поняла.

– Ну ты же знаешь числа! Скажи мне. Хочу знать.

– Двадцать, – буркнула Дороти, чтобы он отвязался.

– Двадцать? – он будто не расслышал.

– Ну, двадцать.

– Нет, двадцать – неправильное число. Какое-то пустое. Дай мне другое.

– Отвяжись! Ты нарушаешь гармонию! Я не стану лучше себя вчерашней!

Дороти с надеждой глянула на мастера Густава.

– Скажи число и пиши дальше, – предложил Нави. – Пожалуйста!

Его юношеское личико было трогательно наивным. Будто он не понимал, как сильно мешает ей работать!

Тут Дороти заметила удивительную штуку: во время их диалога Нави продолжал писать. Он почти не смотрел ни в исходник, ни на перо, однако оно резво скользило по бумаге, в нужные моменты окунаясь в чернильницу.

– Шестнадцать Праматерей, – сказала Дороти. – Тринадцать Великих Домов. Тысяча семьсот семьдесят пятый год. Хватит тебе чисел?

Нави хмыкнул и дал ей покой. Но не прошло и получаса, как он зашептал снова:

– Скажи еще.

– Уже сказала, довольно с тебя.

– Сказала неважные числа. Их все знают. Назови что-то свое!

– Отцепись!

– Ну пожалуйста… Ну что тебе стоит?.

Его тон стал капризным и обезоруживающим, как у ребенка. Лишь теперь Дороти внимательно пригляделась к этому Нави – и увидела, как он молод. Значительно младше всех остальных писарей – лет семнадцать-восемнадцать, не больше. Кожа гладенькая, без щетины, без пятен. Темные волосы крутятся вихрями, глазенки блестят в нетерпении – будто у мальчишки, что ждет первого танца или поцелуя. Какой же юный, – подумала Дороти и впервые здесь, в лечебнице, ощутила жалость к кому-то, кроме себя самой.

– Какое тебе число? Мне тридцать семь лет, если уж так хочешь знать.

– Спасибо, – улыбка Нави была трогательно открытой. – А можешь еще?

– Семьдесят восемь.

Дороти не помнила, что значит это число. Оно просто хранилось мозгу в где-то рядом с тридцатью семью, но что означало – поди пойми. Однако Нави и не требовал пояснений: услышав число, он улыбнулся и надолго умолк.