Зона-69

Как бы в говно не вляпаться…

Кол только усмехнулся, объезжая неторопливого мудака на старой ржавой «копейке».

Подъехав к дому клиента, Саня припарковался на площадке под старым вязом:

– Олег, я предлагаю следить по очереди. Будем меняться через час, чтобы не спалиться. А вон, кстати, он и выходит.

Из подъезда старенькой хрущовки пружинистым шагом вышел невысокий крепкий мужик в теплой куртке и серой кепке.

– По выправке похож на военного…

– Я тоже почему-то так подумал, – усмехнулся Кол.

Когда мужик вышел в арку, я вылез из машины и побрел следом.

Незнакомец вел себя довольно странно. Медленно прошелся вдоль городского парка, остановился возле городской администрации, и даже незаметно сделал несколько фотоснимков здания и автостоянки.

«Точно не шпион, и не террорист… скорее всего сдвинутый на голову дядя, помешанный на шпионских штучках…» – задумался я.

Незнакомец еще немного побродил по городу, сфотографировал двор школы и старинное здание купца Демякина, где сейчас располагалась контора «Водстроя».

Спустившись на три квартала ниже, наш клиент зачем-то быстро поплелся в Промзону, к развалинам старого завода Сельхозтехники. Понурившиеся серые цеха, с выбитыми окнами, печально дожидались сноса уже несколько лет. Наши местные аборигены уже постепенно начали своими силами разваливать кирпичный забор и здание бывшей сторожки.

Саня ждал меня возле разлома в заборе.

– Он за каким-то хером в большой цех поперся.

– Зря мы за ним следим, – пожал я плечами, – такое ощущение, что у него не все дома. Бродит по городу, фотографирует, будто сам себя шпионом возомнил.

– Ладно. Пойду за ним в цех. Вдруг он решил залезть на кран-балку и башкой на бетонный пол упасть.

– Пойдем вдвоем. Что-то у меня хреновые предчувствия.

Пройдя по следам на снегу, мы осторожно заглянули в пустынный цех.

– Куда же делся этот придурок? – удивился Кол.

Мы удивленно прошлись по пустому цеху, где когда-то стояли станки. Что-то затрещало наверху, мы даже вздрогнули, но оказалось, что это просто небольшой кусок фанеры застрял в раме, и трепыхался от порывов ветра.