Запретная территория

Сверху послышался странный шум работающих механизмов. Поднявшись по бетонным ступенькам, мы вошли в небольшой цех. За станками полным ходом шла работа. Работяги гнули арматуру на станках, резали металлические трубы, варили электросваркой странные металлоконструкции. На нас даже никто не обратил внимания.

В цеху оказалось довольно шумно.

– Что еще за подпольное производство? – крикнул мне на ухо Саня.

Крепкий мордастый мужик, в синей спецовке, неторопливо проходил мимо и бросил на нас колючий взгляд.

– Пойдем на улицу,– толкнул я приятеля.

Мы вышли из цеха и обомлели.

Двор бывшего завода оказался в образцовом порядке. Вокруг широкие асфальтовые дорожки, белые бордюры, и новенькие просторные цеха. По дороге медленно проезжали грузовые электрокары, перевозящие профиля и трубы.

К нам быстро подошла высокая красивая женщина в светло-сером пальто:

– Господа, вы кого-то ищете?

– Извините, мы находимся на территории завода «Сельхозтехника»? – вежливо спросил Кол.

– Нет, вы ошиблись.

– Мы вообще в Дивногорске? – изумленно спросил я.

– Конечно,– пожала плечами женщина, внимательно осмотрев нас с головы до ног. – А откуда вы, позвольте спросить, прибыли?

– Из столицы,– зачем-то соврал я.

– Из самого Санкт-Петербурга? – удивилась незнакомка. – А что у вас за дела в нашем городке?

Мы изумленно переглянулись.

– Это коммерческая тайна,– широко улыбнулся Саня.– Простите, как нам выйти с территории завода?

Незнакомка молча показала на желтую кирпичную сторожку и пока мы шли, я прямо спиной чувствовал, что она буравит нас взглядом.

Пройдя проходную, мимо полусонного дедушки в овчинном полушубке, мы действительно оказались на широкой городской улице.

Я обомлел, увидев небольшие двух и трехэтажные домики, напоминающие хрущовки, но больше всего меня поразили вывески:

«Цирюльня», « Гастрономъ», « Оружейный Дом Злыднева». По дороге ездили странные машины, напоминающие старые « Зисы» и « Москвичи». Прохожие были одеты как-то серо и неприметно, и многие странно озирались на нас.

– Похоже в нашем городе сегодня послевоенное кино снимают,– усмехнулся Кол.

– Я ни хера не понимаю, Сань… Артель… улица эта странная,– я показал на старинный пузатый трамвай, проехавший вдалеке.

Мы подошли к лотку с газетами. Сверху над лотком бережно натянули брезентовый полог.