Чужеземец. Последняя битва

Такие же волосы были и у его любимой жены Наяны…

Легкая и воздушная как мотылек Наяна слегла с лихорадкой в прошлую зиму, и ни лекари, ни маги, так и не смогли спасти ее… Она каждый день таяла как свеча, пока однажды, в тихий морозный вечер не ушла в лучший из Миров…

После похорон в городе шептались, что Таллоса наказали боги, за убийство родных братьев в молодости, в борьбе за имперский трон. Таллос приказал солдатам и стражникам отлавливать слюнтяев, распускавших языки на улицах и в тавернах. Болтунов сразу везли в крепость Нарын-Хала и бросали в глубинную пещеру к чудовищу Кронусу.

Теперь у императора на всей Земле остался один единственный любимый человечек, его дочь Мирра. Его Сладкий Цветочек.

– Папа, я хочу съездить с тобой в сады Диониса, мы не были там еще с прошлой Луны.

– Обязательно съездим, мое Сокровище. Но только через неделю, сейчас нужно навести порядок в нашем большом доме, который называется Империя.

Молодая смазливая служанка Мэй осторожно вошла в залу и учтиво поклонилась.

– Иди с Мэй, Солнышко. Приведи себя в порядок. Скоро уже завтрак.

Девочка обняла отца и поцеловала в щеку. Она осторожно спрыгнула на пол и побежала к служанке.

Таллос задумался. Неужели он становится с годами все более сентиментальным и чувствительным? Ведь он готов за одну только слезинку маленькой дочки выжечь пол мира. Если бы только его мать Эльза или отец, император Роб Железнобокий, давали ему в детстве хоть каплю такой родительской любви.

Отцу он никогда не нравился, с десяти лет родитель называл его не иначе, как «Черный угорь», за болезненную худобу и черные и жесткие волосы, как у арапа. Старшие братья почти никогда не брали маленького Таллоса на скачки или охоту, и в отрочестве единственными друзьями Таллоса были старый учитель Борк и полуглухой мальчик-конюх Ивен.

У Таллоса, к тому же, имелся в детстве физический недостаток, он хромал на одну ногу, и из-за этого не любил выходить в город, чтобы лишний раз не слышать людских насмешек.

« Пожалуй, Таллос, в чем-то ты даже умнее старших братьев…– скрипел старческим голосом учитель Борк,– но тебе никогда не стать императором, мой юный друг…»

Как же ошибался тогда старик! Он не дожил всего год до восхождения Таллоса на Красный Престол.