Твердь

– Слушай, а про какой ад он говорит? – обратился я к нашему стрелку Они Дему как можно тише, чтобы капитан не услышал.

Про таких как Они говорят, что его несколько матерей рожало, но, невзирая на внушительные размеры, человеком он был добрым и отзывчивым.

– Мы разбирались с заражёнными на планете Сиква. Представляешь, на этой планете был обнаружен вид жуков, чьи матки распыляли свои яйца в воздух, – Они демонстративно сглотнул и скривил лицо, – а потом они попадали в лёгкие, поры и даже глаза, а потом спустя две недели вылуплялись.

– И что вы делали, чтобы не заразиться? – интонация у меня была, как у пятилетнего ребёнка, который осыпает взрослого вопросами, чтобы узнать, почему, например, небо голубое.

– Мы искали гнёзда в скафандрах и выжигали всё так, что камни плавились, – он горделиво улыбнулся.

– Пока адом и не пахнет, – сказал я в шутливой манере и посмотрел на Они исподлобья, намекая чтобы он явил мне обещанное.

– Так ты слушай дальше. Я же уже говорил про две недели? – после моего кивка он продолжил, – Так вот, когда мы вернулись на станцию, из лазарета хлынула орда этих жуков. Они небольшие, один может поместиться у тебя на груди, но вот клешни у них мощные. Они выкосили сто человек персонала станции и наслаждались их останками.

– На станциях сейчас ставят системы охраны, да и оружие там есть, – я всё не унимался, на подсознательном уровне мне хотелось найти брешь в его истории, чтобы вывести на чистую воду, ведь солдатские истории любят приукрашать.

Они посмотрел мне в глаза, взгляд был серьёзным, но уголок губ подняла лёгкая улыбка, видимо, он раскусил суть моих нападок. Дему указал на меня пальцем и сказал:

– Вот если внутри тебя взорвётся бомба, ты успеешь от неё защититься? Максимум доползёшь до лазарета, а вот они не доползли, им не дали.

– Тогда и погиб ваш напарник? – мне хотелось уже услышать то, ради чего зашёл этот разговор, поэтому мой вопрос прозвучал крайне бесстрастно.

– Да, – Дему понурился и почтил павшего в бою товарища моментом памяти. – Боуз стоял ближе всех к отсеку, когда он снял шлем скафандра и открыл заслонки, его накрыло белым дымом, сразу начал стрелять себе под ноги. Мы видели, как его тень пробивается сквозь туман после каждого выстрела.