Тай

Сейчас она поняла, что не будь в Отхожих Пещерах рядом с Голдузей чешуйчатых, догматик искалечил бы обоих и пошел дальше не запыхавшись.

– Прости, – вполне искренне сказал Тай – я почти не помню ничего кроме Внутреннего Круга. Слишком много времени я там провел. Видимо я тебя обидел, извини.

Кубана молчала, ее больше всего бесило то, что догматик сказал правду, с Голдузей она была исключительно из-за выгоды.

– Ладно, – Тай сел в кресло – хватит сырость разводить. В чем дело?

– Ты не понимаешь, – прошептала наконец Кубана – он любил эту девочку.

Искренне и по-настоящему. И продолжает любить. Он смотрит на меня так… Как я хочу, чтобы на меня смотрели. На меня! Понимаешь?

– Нет, – коротко ответил Тай.

– Догматик хренов!

Тай развел руками. Догмы вгрызаются в разум медленно, но верно. Вытесняя ненужное для Шага, оставляя только то, что необходимо. Возможно лет пятьсот назад, Тай бы понял, о чем говорит девушка, но сейчас это лишь набор бессмысленных понятий, завязанных на половом инстинкте.

Догмы не запрещали сношаться и большинство догматиков периодически совокуплялись. Для удовольствия и разрядки, но чувства в том виде, о котором говорила Кубана, покидали их еще до вступления на Внутренний Круг.

– Я вижу проблему, – спокойно сказал Тай – и ее надо решить.

– Да уж, проблема, – горько усмехнулась Кубана, она уже успела пожалеть об эмоциональном срыве – мальчик малость подвернулся на почве религии и тащит меня к местным жрецам на «исповедь» и «причастие».

– Кстати, – встрепенулся Тай – а где он сейчас? Ты его хоть не убила?

– Нет, – отмахнулась красавица – сделала ему минет и напоила. Сейчас он дрыхнет в моей кровати, совершенно счастливый.

– И ты решила, что справилась с проблемой? – поинтересовался Тай.

– Ну, временно, – осторожно ответила Кубана.

– Семья и детеныши, – догматик устало прикрыл глаза – Семья и детеныши!

– Какие к хренам детеныши? – удивилась девушка.

– Ты, дорогая! Ты детеныш! Представь, как обрадуются родители Нины, не обнаружив любимую дочь дома, а на ее месте храпящего, пьяного любовника без штанов? Одеть же ты его не додумалась? И вся эта прелесть всего через неделю, после того как доченька сиганула из окна, с этим самым пацаном.

– Какой детеныш? – попробовала огрызнуться девушка – Этому телу уже шестнадцать лет, оно уж года три как готово рожать.

– Это их мир, – назидательно сказал Тай – и их правила. Которым мы должны следовать.