Мост

Страх, что мох распознает эту детскую уловку, мешал сосредоточиться. Она всеми силами отгоняла его, сосредоточившись на шагах и позабыв об остальных. В случае чего, все равно она ничем не поможет.

Самое удивительное было в том, что мост они преодолели безо всяких эксцессов. Хотя Ольга шла первой, на последних метрах ее обогнала Нурга. Сколопендра вполне освоилась передвигаться на костылях и двигалась почти изящно. Наконец девушка тоже ступила на твердую почву. Из опасения, что свалится на спину и заденет мох, она отошла от жуткого моста на десяток метров и там села на землю.

Хотя переход не занял и получаса, вымоталась она так, как будто пробежала марафон. Остальные, несмотря на бравый вид, тоже решили передохнуть.

Мостовой принялся снимать бинты фиксировавшие костыли с лап сколопендры, на четвертой лапе ему это надоело и остальные он просто срезал. Нурга вытянулась во всю длину, а потом свернулась в клубок. Видимо ей тоже переход дался нелегко.

Ольга решила осмотреться. Остров Меггидо был холмистым, поросшим по берегам колючим кустарником и полынью.

С этого места других мостов видно не было, но она знала, что отсюда ведет два перехода на соседние острова. Один деревянный на махонький островок со смешным названием Плюха. Второй был металлическим, девушка запомнила его сверкание в свете Солнца. По нему можно было перейти на гигантский, размером почти с Англию, остров Сарид.

– Нам на Плюху зайти следует, – сказал Митрич – мне кой-чего забрать оттуда надо.

Здоровяк поднялся, в последний раз посмотрел на ходули и хмыкнул.

Человеческая простота решения его поражала.

– Две сотни лет, – проворчал он – мы не могли додуматься, как выбраться с острова Первой Версты. А ты решила задачку за пятнадцать минут. Ты хороший Призер.

– Только я так и не поняла, – спросила Ольга – почему меня объявили Призером?

– Это просто, – пожал плечами мостовой – Герой это тот, кто совершает героический поступок, а если Герой после героического поступка получает награду, то он уже Призер.

Героев много, а Призеров единицы.

– Да уж, – неопределенно ответила девушка, теребя бинты на правой ноге.

Саму ходулю она уже вытащила, но тряпки были завязаны крепко и не развязывались.

– Митрич, – попросила Ольга – дай нож, разрезать.

Мостовой протянул было свой нож, но он был размером с римский гладиус и здоровяк вынул из котомки нож поменьше, которым овощи чистил. В его лапах он казался миниатюрным, а девушке пришелся как раз в пору.