Ангелы гниения

Схема заякоренных врат, работает мгновенно, так что попасть из одной точки обитаемого нами космоса можно практически мгновенно. Некоторые наоборот живут, к примеру, на Светлине, а работают здесь. Очень там климат приятный и ровный. Море, солнце и никаких хищников. Или у вас на курорт в каторгу отправляют?

– Да… – Руслан вспомнил, как однажды в конце сентября ездил в Мурманск, когда из солнечного и теплого Донецка он попал в метель, ощущение запомнилось навсегда. – Курорт… такой курорт врагу не пожелаешь! А ты это… – парень смутился – серьезно?

– Я думала, что понравилась тебе! – обиделась Купава – тоже мне сокровище.

– Да я нет, что ты… – Руслан вообще потерялся в собственных ощущениях – я с радостью, но… – он лихорадочно придумывал что сказать – у тебя же есть, наверное, кто-нибудь! – нашелся он.

– Ну конечно есть! – Купава даже покраснела от возмущения – у меня почти полная семья – шесть человек!

– Это с бабушками-дедушками? – Руслан чувствовал, что морозит очередную глупость, но слово не воробей.

Купава хотела ответить и, наверное, что-то резкое. Но внезапно передумала, подойдя вплотную, обняла Руслана и поцеловала, причем поцелуй был совсем не сестринский.

– Какой же ты все-таки дурачок. – девушка засмеялась – да и я не лучше, все время забываю, что у вас варварские семейные обычаи! У меня еще три жены и два мужа. У нас обыкновенная семья, чаще всего, состоит из семи человек.

– Значит из семи… – протянул парень, пытаясь уложить это в голове. По счастью они пришли в ресторан или местный его аналог, и отвечать не пришлось, иначе он бы опять что-нибудь сморозил.

Называлось это «корчма». Внутри все было до обидного просто и обыкновенно. Хотя, чего еще было ожидать, ведь и процесс принятия пищи и так сказать финал был одинаков у тех и других. Похоже это было на обычную столовую с самообслуживанием. Длинная стойка по ней едет поднос и из всего немалого выбора блюд берешь что понравилось. То, что подносы ездили не по полосе из нержавейки, а по оранжевому туману значения не имело.

– Ты еще чего-нибудь хочешь? – Купава опекала его как душевнобольного, но любимого дедушку. Парень решил промолчать, хватит, он сегодня достаточно строил из себя идиота.

Они уселись за стол и минут десять в полном молчании ели.